Книга Раз и навсегда, страница 7 – Юлия Резник

— Расслабься. Так только больнее, – скомандовал Вахид, чуть усмиряя темп. От благодарности, что он дал мне это крошечное послабление, хоть так обо мне «позаботившись», на глазах выступили слезы. Соленые, вязкие, унизительные. Я обхватила его шею руками, спрятав лицо на плече, чтобы не злить. Ваха ритмичнее задвигал бедрами. Постанывая и ругаясь так, что у меня, не знающей таких слов, краснели уши. Все это время я лежала под ним, дыша, как выброшенная на камни рыба, и просто старалась выжить. Дождаться волны, которая заберет… Старалась не провалиться с головой в панику, которая уже душила меня, обернув грудь щупальцами гигантского спрута.

— Амина, ну хватит. Не то придется переносить вылет, – бросил Вахид, возвращая меня в реальность. Я кивнула, устремляя взгляд сквозь мужа. Увидела, наконец, полицейский автомобиль, своего адвоката, и уже увереннее заглянула ему в глаза.

Двадцать лет… Двадцать лет пролетели. Я могла бы сказать, как один день, но глобальные изменения, что со всеми нами произошли, указывали на то, что прошло очень… очень много времени. Я стала совсем другой. Он, наверное, тоже. Наши дети выросли. Дом действительно опустел. Жизнь как будто закончилась. Но это было обманчивое ощущение, которому я не позволяла сбить себя с толку. Ведь на самом деле жизнь… настоящая жизнь, моя собственная, а не чужая, лишь начиналась.

— Я никуда не поеду, Вахид.

— Что за прихоть? – он так искренне удивился. Брови взмыли к упавшим на лоб волосам. Рука потянулась стряхнуть их. Я осознала, что делаю, на полпути, и не позволила себе его коснуться. Байсаров это заметил. Нахмурился. – Давай в машину, Амина.

Я покачала головой – жест, который можно было расценить как угодно. Обошла мужа по дуге, подбираясь поближе к своим защитникам, чтобы почувствовав в них опору, наконец, уж поставить точку в этой затянувшейся драме.

Вахид пошел за мной, все такой же собранный и уверенный. Неудивительно. Его жизнь шла, развивалась, ширилась – бизнес, статус, связи. И женщины, женщины, женщины… Мое же существование ограничивалось периметром его дома. Его воли. Его желаний. Когда-то мне этого хватало. Когда-то я верила, что он оценит мою преданность. А он воспринимал это все как должное, и я даже винить его в том не могла. Так уж вышло, что нас сформировала среда, где это действительно было нормой. Это потом до меня добрался прогресс…

— Я никуда с тобой не поеду.

Я развернулась и направилась к машине адвоката. Каждый шаг требовал серьезных усилий, будто я пробиралась сквозь невидимую пелену. Но я шла. И шла. И при этом сердце билось так, словно хотело вовсе вырваться из груди. А в ушах гремело – «ты только держись». Волнение жгло горло. Сдавливало живот. Картинка перед глазами то становилась четкой, будто кто-то выкрутил на максимум резкость, то рассыпалась на отдельные пиксели.

— Какого черта ты творишь?

Я остановилась в шаге от полицейской машины. Обернулась.

— Я ставлю тебя в известность, что подаю на развод.

— Ты умом тронулась? В машину! Сейчас же! И, клянусь, я сделаю вид, что этого не слышал.

Надо же. Мне даже послышалась в его голосе дрожь! Каких только финтов не выкинет сознание, чтобы дать повод продолжать и дальше существовать в давно понятных, а потому на первый взгляд безопасных алгоритмах. Черта с два! Я слишком долго к этому шла, чтобы остановиться в шаге от цели.