Онлайн книга «Неподходящая»
|
Чтобы прислать фото сидящей на коленях у свекрови дочери, Никите требуется два, мать его, часа! Это тоже специально. К бабке ходить не надо. В попытке приблизить завтрашний день, пораньше ложусь спать. Но это абсолютно бесперспективная затея. На эмоциях сон не идет ко мне ни в какую. Наутро я прихожу в офис раньше всех. Сижу, делаю вид, что занимаюсь делами, а сама в одну точку смотрю. Жду. Не звонка. Хотя бы сообщения. Жду, как давно ничего не ждала. Но телефон молчит. Геннадий Иванович велит подойти. Я встаю как во сне. Коленки подкашиваются. Документы валятся из рук. Вася бросает на меня тревожный взгляд. Вадик роняет степлер, я вздрагиваю. Пытаюсь себя убедить, что зря так себя накрутила, но выходит, если честно, хреново. Голова кружится. Кажется, зря я не поела… Вася подскакивает ко мне: — Ты в порядке? — Да, да… Просто голова разболелась. — Иди умойся. Серьёзно. Я Гене скажу. Кивнув, выхожу из кабинета и беру курс к туалету. Здесь они у нас гендерно нейтральные. Столько копий об это сломано, а ведь в большинстве организаций так всегда и было. Открываю кран. Плещу в лицо водой. На дворе жара – вода не слишком-то и холодная. Но на секунду действительно становится легче. Именно этот момент Никита выбирает, чтобы, наконец, объявиться. Я машинально прикладываю телефон к уху. Вода стекает с руки прямо в рукав. — Привет. Где встречаемся? — Да погоди ты. Я звоню, чтобы сказать, что отдам Ками через пару дней. Она соскучилась. Ты же не против? — Против, Никита! И впредь буду благодарна, если такие моменты ты будешь со мной согласовывать. — Зачем ты раздуваешь скандал на ровном месте? — Верни мне дочь. Сейчас же! – теряю терпение я. — Ты её увидишь. Не веди себя как истеричка. — Истеричка?! – мой голос действительно истерично взвивается. Я делаю над собой нечеловеческое усилие, чтобы обрести над ним хоть какой-то контроль. – Я не истеричка. Я мать… — А я отец! И что? Голос Никиты звучит насмешливо. Уничижительно. Я слишком хорошо помню эти интонации. — Просто отдай мне мою дочь! — И не подумаю. Мы не виделись месяц по твоей вине. Так что считай – я наверстываю. — Вы не виделись месяц, потому что дочь тебе не нужна! — Зачем бы я ее забирал? – притворно удивляется Никита. — Чтобы сделать мне больно, – шепчу я, сжимая до боли трубку. – Чтобы ударить хоть так, если не можешь физически. — Не выдумывай. Мы просто наверстываем, – фыркает Ник с таким пренебрежением, словно я и впрямь та еще фантазерка, и обрывает вызов. Меня немного ведет. Прикрыв глаза, я машинально делаю шаг назад и вдруг упираюсь… упираюсь… в живую стену. От мысли, что у моего разговора с мужем были свидетели, бросает в холодный пот. От свидетеля просто потрясающе пахнет… Он стоит рядом, не шевелясь, будто давая мне право самой решить – хочу ли я обернуться. А я ведь уже знаю, кто там за спиной. Ошибки тут быть не может. Собрав в кулак все свои силы, поворачиваюсь лицом к Адаму Байсарову. Он смотрит на меня сверху вниз. Молча. Долго. Сведя в одну линию темные густые брови. — Всё в порядке? – интересуется он негромко. Я киваю в ответ. Горло сдавлено. — Твоему ребенку что-нибудь угрожает? — Нет. Он все же ее отец. Просто выводит меня на эмоции. Адам отступает на шаг, словно давая пространство, но взгляда не отводит. |