Книга Неподходящая, страница 19 – Юлия Резник

Если с утра у меня никаких проблем с опозданиями нет, то вечером я едва успеваю в сад до его закрытия. Вот и в этот раз мчу туда, словно бегу марафон. Залетаю в группу одной из последних. На звук захлопнувшейся двери выходит молоденькая воспитательница.

— Здравствуйте. Я за Камилой.

— А ее уже забрали.

— К-кто забрал? Это невозможно. Я ни на кого другого не выписывала доверенности.

— Так ее папа забрал. Там доверенность не нужна. Он же не лишен родительских прав? – начинает вдруг беспокоиться Гульнара Руслановна.

— Нет, не лишен, – хриплю я. – Просто не надо было…

Лейла

Ками нет. Ее забрал Никита. Я слышу эти слова, но не могу их принять. Не могу сообразить, что делать дальше. В голове гул. Сердце стучит не в груди, а где-то в горле. Гульнара Руслановна всё ещё что-то говорит, но я её не слышу. Слова проваливаются в воздух, как в вату.

— Простите. Все нормально? Я не понимаю… – беспокоится молоденькая воспитательница. Видно, она тоже впервые столкнулась с такой ситуацией. Но эмпатия – это не то, на что я сейчас способна.

Мотаю головой. Руки не слушаются. Пальцы мелко дрожат. Всё внутри будто покрыто инеем – ледяным, колким. Хочется сесть, ноги не держат. Но нельзя. Надо же что-то делать!

Пячусь вниз по ступенькам. У выхода все-таки сажусь на скамейку. Вытаскиваю телефон. Захожу в настройки блокировки. Нахожу номер Никиты и из черного списка его вытаскиваю. Ощущается это так, словно я открыла клетку зверя. Хотя какой он зверь, господи? Так, мелкий шакаленок.

Звоню ему. Гудки следуют один за другим.

— Алло, – отвечает спокойно. Почти тепло. Словно у нас не было ссор, не было драк, словно это не я сбежала от него при первой возможности. Словно, блядь, мы расстались друзьями.

— Где Камила? – спрашиваю, стараясь не сорваться.

— Со мной. Всё хорошо. Не волнуйся.

— Почему ты забрал её без моего ведома?!

— Я могу спросить у тебя о том же.

Зажмуриваюсь. Тру глаза свободной рукой, забыв о том, что у меня накрашены ресницы.

Окей. Наверное, в его картине мира это справедливое замечание.

— Ты меня избил, Никита… А я тебя предупреждала, что если это случится снова…

— Хватит мне угрожать! – Ник начинает злиться. Учитывая, что с ним моя дочь, это не то, что мне нужно. Поэтому я спешу исправиться:

— Это не угрозы.

— А что же?

— Я пытаюсь тебе объяснить, почему поступила так, а не иначе.

— Ясно.

— Куда мне подъехать, чтобы забрать Ками?

— Я и сам ее привезу. Завтра.

— Завтра? – вновь напрягаюсь я.

— А что такого? Ты не переживай. Мы у матери. Она поела, сейчас играет. Дедушка с бабушкой по ней тоже скучали, знаешь ли.

Я делаю медленный вдох, понимая, что спорить с ним сейчас абсолютно бессмысленно. Он ведь все равно сделает по-своему, лишь бы мне назло! Да и сил с ним ругаться нет. Внутри пусто, словно все огнем выжжено.

— Хорошо. Держи меня в курсе. И не пропадай.

— Конечно, – слышу в ответ.

Отбиваю вызов. Трясёт меня, словно в лихорадке, хотя на улице стоит такая удушающая жара, что влага оседает на коже. Заставляю себя подняться и отправиться домой.

«Пришли мне ее фото», – строчу, не глядя под ноги. Пальцы не попадают в клавиши. Я истерично стираю исправленные т9 слова. Пишу новые, натыкаясь порой на прохожих и выслушивая брошенные мне вдогонку ругательства. Пофиг. У меня на лице маска, а внутри такое месиво, что подобные мелочи совершенно меня не трогают.