Книга Даже не сомневайся, страница 28 – Юлия Резник

Амина осекается, не желая, видно, развивать эту мысль дальше, а я, уважая ее границы, не спешу расспрашивать. Мы смеёмся над какими-то глупостями, делимся историями из жизни, и в какой-то момент я ловлю себя на мысли, что мне приятна компания этой женщины. С ней легко. Мы запросто могли бы подружиться, несмотря на разницу в воспитании и культурных традициях.

— Так что, Алл, вам хватит недели, чтобы подготовиться к нашему визиту? — подмигивает Амина, так повернув часики, чтобы был виден циферблат.

— Это будет зависеть от того, сколько будет человек, — тушуюсь я.

— О… Ну, мы с мужем, Адиль, два его брата. Один с женой и детьми. Моя сестра. Наша дочь. Ну, и Хасан наверняка тоже захочет присоединиться к нашей компании. Он редко бывает на семейных торжествах, но такой повод даже он не упустит.

У меня мгновенно пересыхает во рту. В груди что-то болезненно сжимается, и я машинально прячу дрожащие пальцы под стол.

— Ну, не так уж вас и много, — поддерживаю шутливый тон беседы, тогда как все мое тело откликается на это известие каким-то совершенно неуправляемым трепетом. Сердце гулко колотится, словно я не взрослая женщина, обсуждающая сватовство собственной дочери, а девчонка, впервые столкнувшаяся с чем-то чересчур для себя сильным.

— Это потому, что мы предельно сократили состав, не желая вас сразу шокировать, — вторит мне смехом Амина. Я смеюсь вместе с ней, но внутри всё переворачивается. Я едва слышу последние её слова — перед глазами стоит Хасан. Сильный, спокойный, с тем его фирменным взглядом, который будто достаёт из самых потаенных глубин все то, что я привыкла ото всех прятать.

Доедаем десерт, пьем чай, обмениваемся комплиментами, но мысли мои уже не здесь. Я киваю, улыбаюсь, поддакиваю, а сама ощущаю странную дрожь — будто впереди экзамен, к которому я не готова.

Мы прощаемся у дверей ресторанчика, обнимаемся — и я ловлю себя на том, что наша встреча с Аминой оставила после себя самые приятные впечатления. Она свободна, умна, красива. Значит, и Миланке ничто не мешает быть такой, как она есть… Чувствую, как разжимаются костлявые пальцы страха, сжавшиеся на сердце. Ну и что, что все идет не так, как я планировала? Как сказала Амина, главное — счастье наших детей.

Выхожу на улицу. Морозный воздух бьёт в лицо, и это хоть немного отрезвляет. Но стоит мне вспомнить её слова: «Ну и Хасан наверняка тоже захочет присоединиться к нашей компании» — в теле вновь вспыхивает пожар.

Вечером рассказываю Стасу о нашей встрече с Аминой. Не выслушав меня до конца, тот начинает меня песочить, за то что я опять лезу туда, куда меня не просят. С психом объясняю, что об этой встрече меня попросила сама Амина. Дементьев тут же извиняется, идет на попятный, но что толку? Настроение порядком испорчено. Неужели я и впрямь произвожу впечатление такой самодурки? Он знает меня столько лет и… не знает?

Впрочем, эти мысли практически тут же вытесняют другие. Вместо того чтобы думать о меню, сервировке, подготовке к визиту, я перебираю в голове одно и то же: как не ударить лицом в грязь при Хасане? Он дипломат. Это подразумевает соответствующий уровень образования и манер. Наверняка для него не проблема вести диалог так, чтобы собеседник мог ощутить себя на высоте, даже если в его глазах он — пустое место. Я же чем больше думаю о Хасане, тем сильнее комплексую. Кто я для него? Дурочка, выскочившая замуж по залету и вынужденная тащить на себе не только дочь, но и семью в целом? Всё, чего я добилась — результат упорного труда, бессонных ночей и взятых на свой страх и риск кредитов. В его же семье, уверена, все по-другому. Их фамилия — уже капитал. А сеть родственных связей — страховка. В присутствии Байсаровых ты сразу понимаешь, что эти люди привыкли к другому масштабу. Им не нужно рвать жилы, чтобы чувствовать себя уверенно в любой компании. Им нет надобности торговаться, как базарная баба, с поставщиками и до хрипоты спорить с подрядчиками, чтобы их бизнес не вылетел в трубу. У них все схвачено. Чувство собственного превосходства они впитывают с молоком матери.