Онлайн книга «Хочу тебя... С любовью, бывший!»
|
Смотрю на фото, стоящее на тумбе. Я и погибший муж. На нашей свадьбе… Стыдно. Медленно опускаю портрет фотографией вниз. Это какой-то кошмар, сюр…. Пожалуйста, пусть я проснусь… Ангелина гладит меня по плечам, обняв крепко. — Все пройдет. Мы справимся. — Угу… Пройдет… Там уже пол можно определить… Конечно, пройдет! И выйдет… Если не замрет, естественно! — всхлипываю. — Прекрати, ты что такое говоришь? Какой, нафиг, если не замрет? — Мне сорок семь, девочка моя. — Сорок шесть. — Мне без трех месяцев сорок семь! — исправляю я. — Даже под сорок лет беременеть и рожать рисков — херова гора, а в моем возрасте… Я пила вино, Геля, я курила сигареты. Я суши, блин, ела! Острое! Копченое! Ни в чем себе не отказывала… Растяжку делала и пресс качала… Это кошмар… — Ты в прекрасной форме, это заметно… — У меня климакс. Я не должна была забеременеть. Тем более, от этого… Мне стыдно. Меня соседи засмеют… Родственники Коли сожгут меня живьем. Я уеду… — Мам, куда?! — Туда, где меня никто не знает. Подальше. В… В Красноярск! — Боже, почему в Красноярск-то? А чего не в Мурманск…. В Воркуту какую-нибудь! Или сразу… на Камчатку махни! — Ангелина как будто злится. — Мама, это детский сад! Ты меня отговаривала… А сама… — Это другое. Ты молодая, тебе и тридцати нет, а я — женщина, которая уже может быть бабушкой! Но никак не мамой… — Иван тоже в шоке. — Ну да… Ну да… — Хочет поговорить. — Он все еще здесь?! — злюсь. — Пусть выметается! Немедленно! — Но, мама… — Никаких, мама. Никаких разговоров… — Ма…. Я резко откидываю одеяло в сторону и встаю. Новость, что это подлое брехло все еще отравляет мою квартиру своим мерзким духом, придает мне сил и решимости. Встав, я вылетаю из комнаты. На кухне мужики собрали себе поляну: закуски, водка… Иван сидит, понурый, и что-то разъясняет, говоря по телефону. Толик задумчиво бренчит на гитаре… На гитаре моего Коли. Взял без спроса?! — Положи гитару на место, ты… Зять, нехрен взять. Я тебя… в зятья не одобряю, так и знай. А ты… Вообще нахрен пошел! — показываю пальцем на дверь. — Оба. На хрен. Свалили! — Насть, послушай. Я тут про врача этого… который… то самое… — сбивчиво начинает Иван. — Мне плевать! Оба. Свалили. Или я вызову полицию. — Настя, да ты послушай же… — пьяно смотрит мне в лицо Иван. Выжрали уже половину пузыря! Горькой шары залили… Пьяным море по колено! И я не собираюсь слушать, что они пьяно будут молоть. — Свалили. Оба. ОБА, я сказала! — Блин, ма… — выдыхает разочарованно Ангелина. — Вань, пошли, — мигом поднимается Толик. — Но я… — Пошли, кому сказал! Ваня долговязый, но Толик сейчас хватает его за шиворот, как котенка, и выводит, успев прихватить водку. — Ко мне поехали… Обуваются. Выходят. Слышу, как в коридоре дочка прощается со своим козлом, которого простила и с которым у нее снова бурный роман. Прощания, сладкие шепотки, поцелуи… Я прибираю со стола, просто швыряю все в мусорное ведро и завязываю пакет. Потом иду в душ и спать. Дочь стучит, а мне так плохо, что даже нет сил говорить с ней. — Мам… Тебе страшно и обидно… Я помню, как ты говорила мне, мол, когда самой обидно, хочется обидеть всех в ответ. Ты всегда призывала меня не спешить, подумать… А сама? Выходит, советовать кому-то легче, чем следовать своим же советам! Потому что сейчас ты зря всех обидела. Ладно, Иван. У вас с ним куча недомолвок друг перед другом, было бы неплохо вам остыть и поговорить открыто! Но моего Толю ты сейчас тоже за компанию обидела. Причем, незаслуженно… — вздыхает Ангелина, опустив на тумбу черно-белый снимок. — Мы хотели сказать, что решили пожениться. И что ты станешь… бабушкой, мам. |