Онлайн книга «Хочу тебя... С любовью, бывший!»
|
— То есть? — не сразу дошло до моей подруги. — Он та-а-а-ак отменно языком работает! На спор кому угодно отлижет! — смеюсь. — Не побрезгует взять в рот даже слегка пухлый, мохнатый пирожочек и обработать его до блеска! Подруга морщит лоб, недоумевая. До нее никак не дойдет! — А ты откуда знаешь, что он хорошо лижет? Красавин побагровел, зыркнул по сторонам. В баре было много народа, к нам прислушиваться начали. — Оттуда, — говорю я громко. — Танюш, ты не поняла, что ли? Таня отрицательно мотает головой из стороны в сторону. Мы познакомились и сдружились в ней позднее все тех событий. Она знает, что я была замужем, но не в курсе всех подробностей. — Он усердно и регулярно мне лизал, в браке, на спор. Ох, я даже не знаю… То ли там было дополнительное условие, сделать как можно больше куни нелюбимой жене, то ли он просто любитель облизывать сахарницы… Окружающие нас люди начинают посмеиваться и перешептываться, на Красавина показывают пальцем, он злится. Наконец, и до подружки дошло, и она закатилась смехом, да так громко и бурно, что через несколько секунд сказала: — Ой… Я… — покраснела. Сначала я подумала, что она описалась, но глаза подруги были такими огромными, а по ее ноге продолжала бежать водичка. — Танька, ты рожаешь, что ли?! — Кажется, даааааа! — заревела. — Позови Артура! * * * Вызываю скорую подруге и вместе с побледневшим женихом Артуром отправляюсь в больницу. Но в последний миг меня перехватывают чьи-то сильные пальцы, резко потянув на себя. — Эй! — Еще увидимся, Красавина… — с угрозой произносит бывший и… вдруг целует меня. Глава 3 Ангелина — Почему она так долго рожает? Почему? Артурчик, жених Тани, только что головой в стены не бьется. Но все остальные действия он уже производил: едва не грохнулся в обморок от криков, доносящихся из родильного зала. Бледнел, потел, нервно бродил по коридору и теперь падает, на диванчик, прошептав едва разборчиво: — Сейчас бы водочки! — Водочки? — Водички! — отвечает, всколыхнувшись. — Святой. Хочется надавать ему подзатыльников, но я лишь сдержанно отвечаю: — Дурак. Твоя невеста рожает, а не изгоняет беса из своего тела! — Да, рожает. Но почему она так кричит? — Это еще тихо. — ТИХО?! — взвился на месте Артур. — Откуда ты знаешь? — Мы как-то большой компанией поехали на отдых, и двоюродной сестре приспичило рожать. За три недели до срока. За городом… Всей семьей роды принимали. Мне было лет… пятнадцать. В общем, я надолго это запомнила и видела все в подробностях, как появляются новые люди и какие казусы при этом случаются. Так что… — Молчи. Больше ни слова. — Молчу. Просто не мельтеши, а? — прошу. — Это только в фильмах: ааааа, ааааа, аааа, тужьтесь, и через пять минут тебе дают ребенка, который еще и улыбается, и смотрит тебе в глаза. — А что…. — хлопает глазами. — Не улыбается? — Артур, боже. Ты хоть что-нибудь о беременности и родах читал? Вникнуть пытался? Ну, хоть статейку какую-нибудь… — Нет! — сипит. — Это же… Женское! — Я так понимаю, совать… Это исключительно, мужское! — злюсь, вспомнив Красавина. — Все вы, мужики…. Козлы! Вонючие… — Ты чего? — удивляется Артур. — Ничего! Неожиданно на глаза навернулись злые слезы. Под очередную порцию криков подруги, от которых мороз по коже. Женское это, видите ли… |