Книга Сводница без тормозов, страница 58 – Любовь Перуница

Мы просидели ещё с полчаса, говоря не столько о Стасе, сколько о том, как заново учиться доверять себе. Прощаясь, мы обнялись — не как подруги, а как две солдатки, пережившие одну войну.

Выйдя на улицу, я поняла, что не куплю новое платье. Я надену своё старое, тёмно-синее. Потому что сегодня я не хочу притворяться. Я хочу быть собой — женщиной, которая, несмотря на боль, нашла в себе силы подарить каплю сочувствия той, от кого сама когда-то её не дождалась. И в этом был странный, горьковатый, но всё же проблеск надежды.

Я уже направлялась к выходу, как вдруг мой взгляд упал на небольшую стойку с распродажей в углу зала. И там, среди прочих вещей, висело оно. Голубое платье. Почти точь-в-точь как то, что было у меня на выпускном десять лет назад. Тот же нежный аквамариновый оттенок, те же тонкие бретели и открытая спина, без лишних урашений.

Сердце ёкнуло. Ноги сами принесли меня к стойке.

Дрожащей рукой я потянулась к ткани. Она оказалась удивительно приятной на ощупь — лёгкой, прохладной, словно сотканной из самого воздуха.

«А что, если?..» — мелькнула безумная мысль.

Я даже не помнила, как оказалась в примерочной. Надевала его, застегивала крошечную молнию на боку. И подняла глаза на зеркало.

Из него на меня смотрела не я — измученная и уставшая. Оттуда смотрела та девушка с выпускного. Тот же огонёк надежды в глазах, та же лёгкая, почти неуловимая улыбка на губах. Платье сидело идеально, словно ждало меня все эти годы.

Да, сегодня будет свидание с самой собой — с той, что когда-то умела радоваться, верить и летать. Может быть, именно это платье и станет тем самым мостом между прошлым и будущим. Между той, кем я была, и той, кем я могу снова стать.

Я вышла из торгового центра не с пустыми руками, а с крошечной, но такой важной надеждой в сердце, что все будет хорошо.

Я стоял в тени раскидистого дуба на краю поляны, залитой золотым светом уходящего бабьего лета. Этот тёплый, безмятежный день сильно контрастировал с вчерашним промозглым ветром, который идеально отражал моё внутреннее состояние.

Музыка лилась из колонок. Пары кружились в танце, кто-то уже успел выпить и громко смеялся. Я чувствовал себя чужим на этом празднике жизни.

Специально приехал позже, чтобы не торчать перед всеми со своим потерянным видом. В руках я нервно перебирал маленький, но, как мне казалось, изящный букет из белых пионов. Тех самых, что Арина обожала ещё со времён школы, задолго до того, как дарить пионы стало мейнстримом. Помнится, она говорила, что в них есть какая-то трогательная, старомодная нежность.

Всё это было глупо до жути. После всего, что натворил, стоять здесь с цветами, равно выглядеть полным идиотом. Но разговор с Димой поселил во мне призрачную, безумную надежду. Не на мгновенное прощение — я не был настолько наивен. А просто на шанс. Шанс быть увиденным. Услышанным.

Мои глаза беспокойно выискивали её в пестрой толпе гостей. Вот смеётся Маша, вот сам Дима, хмурый и сосредоточенный, о чём-то говорит с ведущим. Арины нигде не было видно.

Проходящие мимо девушки улыбались, стреляли глазами, кто-то даже попытался увлечь меня в танцевальный круг. Я лишь вежливо кивал и отходил в сторону, продолжая свой безнадёжный поиск.

Сердце начинало сжиматься от знакомой ледяной хватки. А что, если она не пришла? Или пришла, но не одна? Мысль о том, что она может появиться с кем-то другим, заставляла кровь стынуть в жилах.