Книга Ищу Деда Мороза, страница 30 – Любовь Перуница

В ушах начинает звенеть. Олесю я не слышу. Вспоминаю как больная, в полубреду, пытаясь стереть память о Максе звоню о вывозе мусора. «Весь мусор, всё подписано», — сказала я тогда.

— Олеся… — мой голос срывается. — Я… не отделила коробки. Не забрала их! Я просто… Я думала о другом. Боже, они всё вывезли? ВСЁ?

На другом конце провода воцаряется мёртвая тишина. Потом тихий дублер моих мыслей: «Охренеть…»

Вешаю трубку. Ноги подкашиваются. Дышать нечем. Я опускаюсь на корточки у стены. Всё. Костюмы, реквизит, украшения, фон для фото, запасные подарки. Всё, что копилось три года, всё, на что были потрачены последние деньги. Всё в мусоровозе. На свалке.

— Камер нет? — спрашивает Кирилл, его голос вырывает меня из ступора.

— Нет, — беззвучно шевелю губами. — Это же каморка. Не до того было… Да и не кража это.

Он резко выходит в коридор. Я слышу, как он заходит в дверь маникюрного салона «Серебро». Слышу обрывки разговора: «…да, приезжали… большая машина…»

Он возвращается.

— Подтвердили. Всё, что было сложено у двери и внутри, погрузили.

— Следующий утренник через сорок минут, — говорю я в пустоту. — В частном детском клубе «Лукоморье». Им обещали шоу мыльных пузырей, фото с волшебным сундуком и салют из конфетти. У нас нет НИЧЕГО.

Кирилл садится на корточки передо мной, заставляя посмотреть на себя.

— Дыши. Выход всегда есть. Это просто задача с неизвестными. Мы найдём решение…

— КАКОЙ ВЫХОД? КАКОЕ НАХРЕН РЕШЕНИЕ?! — срываюсь я. Страх и паника превращаются в самую настоящую стерику. — Из чего? Из воздуха? Мы не волшебники, Кирилл! Мы — поставщики праздника, а у нас даже хлопушки нет! Они подадут в суд! Напишут массу плохих отзывов! Это конец!

Мы сидим на корточках друг напротив друга посреди пустого офиса. Напряжение, копившееся со вчера — от намёков Артёма, от вчерашнего с Максом разбора полетов, от этой дурацкой пустоты вокруг — достигает точки кипения. Слезы жгут глаза, скатываются по щекам, смешиваются с тушью, оставляя мокрые серые дорожки.

— Тише, не реви! Сейчас приведем систему в равновесие. Есть пара мыслей… Только дай возможность и не сопротивляйся! Отдайся процессу.

— Да как тут можно что-то придумать?! Как отдаться? Всё катится в тартарары! А я здесь одна тащу на себе всё: развалюху агентство, долги, истеричных клиентов, и ещё тебя — циника, которому нужно всё объяснять на пальцах!

Его лицо искажается. В глазах вспыхивает что-то обжигающее и недоброе.

— Тащишь? — переспрашивает он тихо, но так, что по спине бегут мурашки. — Напоминаю, Лазарева, я здесь потому, что разбил твою машину. Просто отрабатываю долг. Я его ОТРАБОТАЛ. Ещё вчера. Всё, что было после — это уже твоя личная прибыль. Так что не надо про «тащу». Ты меня эффективно используешь. Цель достигнута. Деньги ты с меня надоила по полной. Так что, может, хватит ныть? Хотел бы, давно сказал — спасибо и до свидания. Но сейчас я здесь и с тобой.

Он выпаливает это одним духом. Словно долго копил и наконец сорвал клапан. Воздух выходит из меня со свистом. Я не дышу.

Он отработал. Уговор был не совсем такой, но если по честному, да. Отработал. Но я же хотела заплатить. Но между нами же что-то зарождалось?! Всё это время им двигали деньги? Дура, Ксения, ой дура…

Он стоит, тяжко дыша, сжав кулаки. И я вижу, как через секунду в его глазах проносится ужас. Ужас от собственных слов. Он не хотел говорить этого. Не хотел так. Но сорвалось.