Книга Пятая зона пульса, страница 96 – Юля Артеева

— Почему она тебе пишет?

— Манипулирует, хочет вернуть контроль. Думаю, большинство из этого она присылает в моменты, когда… не трезва.

— Не похоже на обычное сообщение бывшему, — хмыкаю и направляю на него болезненный взгляд.

— Она много писала, когда я вернулся из Питера. Потом появлялась пару раз эпизодически. Я каждый раз блокирую номер, но она, видимо, покупает новые симки. Темча говорит, что это преследование, а я… наверное, недооценил масштаб сумасшествия.

Молчу, пытливо изучая Лешино лицо. Он обкусывает нижнюю губу с внутренней стороны: наверное, нервничает.

Потом говорит:

— Смотри.

Протягивает мне руку и показывает татуировку рядом с большим пальцем, на которой одной тонкой линией изображена небольшая птица с расправленными крыльями.

Потом открывает злосчастное фото и приближает свою кисть так, чтобы не показать чужие женские ноги и трусы.

Говорит:

— Я ее сделал, когда вернулся домой и первый раз пошел к психиатру. Тут птицы нет, видишь?

Киваю:

— Вижу. Леш, я… не просила доказательств.

— Но я рад, что мы оба точно знаем: фото старое.

— Мне все равно неприятно, — произношу честно.

— Понимаю. — Он тяжело вздыхает и растирает ладонями лицо, потом в сердцах бьет ими по рулю. — Черт, я бы сдох от ревности, если бы увидел подобное у тебя в телефоне.

— Разве ты стал бы открывать мои сообщения? — интересуюсь с кривой усмешкой.

Молчу о том, что это мне в себе тоже не понравилось. Не думала, что когда-то стану читать чужие переписки.

— Ника, перестань. В этой ситуации я продолбался, а не ты. Когда рассказывал про свое прошлое, мне стоило упомянуть, что оно иногда о себе напоминает.

— И что ты собираешься с этим делать? — спрашиваю и тут же сбиваюсь. — То есть… ты собираешься с этим что-то делать? Я не уверена, что могу спокойно реагировать на подобное.

— Конечно. Я не должен был вообще этого допускать. Мне нужно привыкнуть к тому, что я теперь не один.

— Ты не обязан заботиться о моих чувствах, — произношу, безразлично пожимая плечами.

Фраза звучит так фальшиво, что я тут же жалею о том, что вообще ее произнесла. Я так не считаю.

И, усмехнувшись, Погодин качает головой.

Говорит убежденно:

— Нет, Ника, я обязан заботиться о твоих чувствах. Более того: я очень этого хочу. Обещаю тебе, что решу этот вопрос.

Он поднимает руку и касается моей щеки, нежно ведет по ней большим пальцем.

Спрашивает:

— Ты мне веришь?

Тяжело сглотнув, я киваю. И, помедлив, решаюсь уточнить:

— Ты уверен, что тебе сейчас нужны отношения? Я не хочу быть кем-то, кто просто помогает тебе забыть бывшую девушку. Я уже влюбилась, Леш, но лучше мне знать об этом сейчас, потому что потом будет гораздо больнее.

— Господи, — он убирает ладонь от моего лица и откидывается на спинку сиденья. — Это не бывшая девушка, это просто ночной кошмар. Мне не нужно помогать ее забыть, этого человека давно нет ни в моей жизни, ни в моей голове.

Я выгибаю бровь и не удерживаюсь от колкости:

— Зато есть в твоем телефоне.

— Я это решу. Не знаю, какие подобрать слова, чтобы ты поверила, — проговаривает он с отчаянием, — я просто надеюсь, что смогу это доказать. И мне не нужны просто какие-то отношения, мне нужны отношения с тобой. Я хочу тебя в своей жизни, на своей кухне с сырниками, в своей постели. Как угодно и где угодно. Хочу быть с тобой.