Книга Жестокий Муж. Вернуть (Не) Любимую Жену, страница 72 – Анна Гур

— Они не умеют проигрывать. И не умеют отпускать. Не потому, что любят, а потому, что считают своим.

Меня передергивает. Слова дедушки бьют в цель.

— Ты так хорошо знаешь моего бывшего мужа, — ухмыляюсь и делаю небольшой глоток.

— Я сам из этой породы, — отвечает спокойно, но глаза отводит, тяжело вздыхает.

Я никогда не спрашивала дедушку о его прошлом, о странных татуировках на пальцах дедушки, которые говорят о многом.

— А Романов? — спрашиваю почти шепотом. — Он тоже такой?

Дед усмехается уголком губ.

— С Романовым сложно. Он неоднозначен. Хищник, да. Но хищник, который играет по правилам. Пока ему выгодно.

— Ему нельзя доверять.

— Доверять вообще никому нельзя, Агния, — дедушка смотрит прямо, — но иногда союз — не про доверие, а про выживание.

Я опускаю взгляд, многое всплывает в памяти из разговора с Ветровым, наконец поднимаю взгляд и проговариваю устало:

— Дедушка. Если я тебе кое-что сейчас скажу, ты обещаешь мне честно ответить?

Демьян Борисович хмурится. Прикусывает губу, а затем слабо кивает:

— Говори, я же вижу, что тебя что-то гложет.

— Игорь сказал, что… мой побег тогда… был не спонтанным, что это была четко спланированная операция, которая требовала подготовки… скажи мне… дедушка… это так?! Ты от меня что-то скрываешь, да?!

Дедушка долго молчит. Так долго, что я успеваю сделать еще один глоток из бокала, жидкость обжигает горло. Я ненавижу алкоголь, не люблю терять контроль, но сейчас хочется напиться вдрызг, потому что нервная система не справляется!

Демьян Борисович медленно ставит бокал на столик. Очень аккуратно. Я вообще заметила, что дед из тех, кто контролирует каждое движение. Сложный он человек, опасный… Я это сейчас понимаю, а раньше не замечала.

— Что ты хочешь узнать, Агния?!

— Ну… для начала… ты правда организовал мой побег?! Но… откуда ты мог знать, что я решусь бежать из родительского дома?! Откуда знал, что я спрятала телефон, что я смогу тебе позвонить?! Слишком много у меня вопросов, дедушка, но Ветров был непоколебим в своих убеждениях.

— Игорь всегда умел красиво подавать информацию, — наконец произносит дед ровно, — особенно ту, что бьет по самым больным местам.

— Это не ответ, — тихо говорю я и поднимаю на него взгляд, — Ветров слишком уверенно говорил. Слишком… Он знал детали, дедушка. Сказал, что организация была на уровне и что за полчаса частный борт не поднимешь…

Дед смотрит на меня пристально. В его взгляде мелькает что-то тяжелое, почти виноватое…

— Ты была в опасности, Агния, — говорит он глухо, — реальной и… я умею рассчитывать стратегию, а также планирую ситуацию. То, что ты от него убежишь, было вопросом решенным.

— Значит… — у меня пересыхает во рту, — значит, это правда?! Ты… изначально загнал меня в ловушку и просто потянул за ниточку, а я и рванула…

Дедушка тяжело вздыхает, откидывается в кресле, будто вдруг стал старше на несколько лет, словно несет на плечах тяжесть, от которой устал.

— Нет, я лишь предполагал, но ситуация развернулась таким образом, — отвечает после паузы, — что тебя нужно было просто доставать из передряги, в которую ты угодила.

Но достаточно, чтобы Игорь решил, будто контролировал ситуацию.

— А ты? — я подаюсь вперед. — Ты контролировал всю ситуацию?!

— Я делал то, что должен был, — жестко отрезает дед, — ты была беременна. Ты была напугана. И ты была женой человека, который привык ломать, если не получает желаемое. Изначально твой водитель сказал мне про ребенка, которого ты носишь. Тебе же плохо на глазах у Виталия стало?