Книга Хозяйка острова. Мама для дочери дракона, страница 74 – Лина Калина

Когда последний прут был отложен, а на спинах фейри красовались серебряные татуировки, старейшины разом отступили, оставляя вождя одного напротив измождённых юношей. Фило Морок начал петь на неизвестном мне языке. Его властный голос, становящийся всё более мягким и завораживающим, пробирал меня до мурашек.

Как только затих последний аккорд песни, татуировки на спинах фейри словно пробудились к жизни, сверкая в полумраке кузницы. Из витиеватых рисунков, вырывались серебряные крылья, тонкие как стекло, и острые как лезвия.

Юные фейри, подобные бабочкам, взмыли к вспыхнувшему свету в центре кузницы. Он озарил всё вокруг, и фейри, таящие в воздухе, рассыпали с крыльев мерцающие частицы. Словно во время снегопада, к земле сыпались яркие точки, плавно растворяясь в сумерках.

Затаив дыхание, я наблюдала за этим чарующим и одновременно тревожным спектаклем. Никогда не видела ничего подобного, и казалось: я часть этого ритуала.

Полёт юных фейри завораживал своей грацией и невесомостью. Их новообретённые серебряные крылья, тонкие, словно паутина, и острые как бритва, мерцали в свете пробивающегося сверху луча, превращая каждое движение в часть завораживающего танца. Каждый взмах крыла, каждый поворот был исполнен безупречной точности и очарования. Слабый, мерцающий свет, исходящий от крыльев, окутывал фейри ореолом волшебства.

Они исполняли в воздухе пируэты, скользя друг мимо друга, словно рисуя в небе затейливые узоры. Фейри то сближались, то разлетались в стороны, формируя из своих светящихся траекторий мерцающие фигуры.

Их танец достиг апогея, когда фейри, словно подхваченные невидимой силой, взмыли к самому верху купала. В этот момент они стали частью светового представления. Сверкающие частицы, осыпающиеся с их крыльев, создавали вокруг них мерцающую дымку. Казалось, будто фейри двигались внутри сияющей звёздной туманности, танцуя под чарующую мелодию, известную лишь им одним.

Внезапно юные создания ринулись вниз, к земле. Их крылья, коснувшись каменного пола, погасли. Фейри упали на колени, измождённые, но счастливые. Ритуал был завершён, и они обрели новую силу.

Вождь, ступив вперёд, поднял руку, и фейри, повинуясь его бессловесному приказу, встали на ноги.

Внезапно я ощутила прикосновение к плечу. Обернувшись, я увидела Деллу.

— Пойдём со мной, — прошептала она, и в её голосе звучало еле уловимое волнение. — Дальше будет тайный ритуал для юных фейри, непосвящённым здесь не место.

В центре деревни царил оживлённый праздник. Фейри металла разложили на столиках свои творения, а рядом, под тенью раскидистых пальм, был накрыт огромный стол, ломящийся от тропических яств.

Манго, ананасы, драконьи фрукты, разрезанные на дольки, яркими пятнами пестрели на белоснежной скатерти. Сладкий и пьянящий аромат этих экзотических плодов плыл над толпой.

Сочные гроздья винограда, лиловые, зелёные и янтарные, сверкали на солнце, словно драгоценные камни. Рубиновые арбузы, разрезанные пополам, испускали из своей мякоти аромат летнего зноя.

Фейри, облачённые в яркие одежды, сновали между столами, угощая друг друга и гостей. Смех и разговоры сливались в весёлый гул, создавая атмосферу беззаботности.

Я тоже не устояла перед весельем и побрела вдоль рядов.

Низко склонившись над старым столом, заваленным причудливыми металлическими штуками, я пыталась их разглядеть, как вдруг услышала бархатный голос Вашдо: