Книга Мой муж злодей, страница 26 – Алиса Вишня

Фаларион ищет меня? Ждет? Разве что вместе с принцессой Ханзийской, которая с нескрываемым любопытством таращится на выходящего следом за мной Альена. Ее фиалковые глаза так и впиваются в нас.

— Пора в Цветочную Гостиную! — произносит Камила своим мелодичным голосом. — Скоро прибудут Их Величества!

— Сам император соблаговолил почтить нас своим присутствием! — сообщает мне Альен, вновь обретая свою светскую маску.

А Энсли как не обращал на меня внимания, так и не обращает — молча следует в нужном направлении рядом с Камилой. Рядом! Я ему зачем?

Мы с Альеном движемся за ними. По дороге я размышляю, что имел в виду принц. Что такого авантюрного делала Валери, будучи незамужней принцессой? Переодевалась мужчиной и грабила караваны?

Мы поднимаемся по широкой мраморной лестнице, застеленной алым ковром, на второй этаж. Слуги распахивают перед нами высокие двустворчатые двери из белого дерева с позолоченной резьбой, и мы оказываемся в сравнительно небольшом, но ослепительно светлом зале. Вдоль стен подковой расставлены длинные столы, покрытые белоснежными скатертями.

Церемониймейстер, тощий старик в строгом черном бархате, стучит по мраморному полу длинным эбеновым жезлом с навершием в виде имперского льва, привлекая всеобщее внимание. Однако, он мешкает, сбитый с толку нашей процессией, и объявляет с заметной паузой:

— Генерал Фаларион с супругой! …пауза… — Принцесса Ханзийская Камила! …пауза… — Его Высочество Наследный Принц Альен!

Никто из присутствующих не обращает особого внимания на нашу группу, а если и обратили, то подивились. Ибо генерал явился чуть не под ручку с принцессой Ханзийской, а его жена оказалась вместе с наследным принцем… Поэтому и распорядитель не сразу разобрался, кто есть кто, и кто с кем…

Однако при рассаживании нашу компанию разбивают — Камилу отправляют в левую часть стола, как родственницу императрицы, мы же с Фаларионом и Альеном садимся на правую, как члены правящей семьи.

Едва мы оказываемся на предназначенных местах, на стульях с высокими резными спинками, как объявляют о прибытии императора и императрицы.

Мы склоняемся в поклоне, потом, наконец-то, садимся. Мы с Энсли так близко, что наши локти соприкасаются. Альен же чуть дальше, но все равно я оказываюсь как бы между двух этих мужчин. От остальных гостей и от принца нашу с Энсли пару символически отделяют высокие серебряные вазы с цветами, располагающиеся у стены.

Впрочем, Гостиная не зря носит название Цветочной — букеты повсюду. Воздух густой и сладкий от аромата лилий, роз и каких-то экзотических орхидей. Они стоят в вазах на столах, в напольных кадках, вьются по стенам и подоконникам.

Императрица Тамира, красивая молодая женщина в платье из золотой парчи, с диадемой из бриллиантов в темных волосах, произносит речь, объясняя, по какому поводу все собрались — в честь спасения принцессы Камилы. Фалариона хвалят и благодарят. Он только успевает вставать и раскланиваться, оставаясь при этом бесстрастным, как гранитная скала. К моему удивлению, Энсли ни словом не обмолвился о сегодняшнем нападении! Видимо, не хочет расстраивать больного императора.

А что правитель нездоров, сомнений нет. Дариус худ, его лицо пергаментной бледности, а расшитый драгоценностями пурпурный камзол висит на нем, как на вешалке. Рядом с цветущей молодой женой он выглядит собственным призраком.