Книга Новая жизнь Миледи. Приют (злодейки) попаданки, страница 104 – Мари Александер

Пожелав друг другу спокойно ночи, мы с монашкой разошлись по спальням. Зайдя в нашу спальню с Исабель, я была уварена, что дочка уже давно спит. Но девочка ждала меня и не одна.

Исабель сидела на кровати, гладила Бонбон и тихо напевала какую-то песенку. Маленькая собачка тихо поскуливала, пытаясь попасть в мелодию. У Бонбон это плохо получалось, но Исабель хвалила её и продолжала петь.

— Ты чего не спишь ещё? ‒ спросила я у дочери, поправляя её локоны.

— Ты не хочешь ходить к больным, ‒ прервав свою песню, заговорила Исабель, посмотрев на меня глазами, полными тревогой и чем-то ещё.

Пока я пыталась придумать причину, чтобы успокоить её, она задала следующий вопрос.

— Потому что тоже узнала его? Да?

Моей первой мыслью было, что она говорит про монаха. Но это предположение оказалось неверным, хотя об этом я узнала намного позже.

Но в тот момент сама мысль, что я его где-то уже видела и должна была его узнать, вдруг показалось не такой уж и бредовой. Я ведь действительно встречалась с этим монахом. В его взгляде, обращённом на милорда, было что-то знакомое. И я должна была это понять.

Но после того, что случилось в лазарете, я была так зла на наших пациентов, что упустила это из виду. Сейчас же я подсознательно отгоняла от себя мысль, что этот монах был мне знаком. Не Миледи, бывшей владелице моего тела, а именно мне.

И всё же я не хотела этого признать и поэтому решила резко сменить тему.

— Исабель, я никого не узнала. А если ты думаешь, что там в лазарете лежит тот, кого ты знаешь, то я уверена, тебе это лишь показалось. Ложись спать, уже поздно.

— Ты не понимаешь, я видела, что будет. Сначала я думала это сон, но… ‒ тут Исабель разрыдалась. ‒ Люси не сказала мне, что это будет так. Она обещала, что мы встретимся, а потом она всегда будет рядом.

У моей девочки началась самая настоящая истерика. Мои попытка добиться вразумительного ответа от Исабель были тщетными. Она рыдала, уткнувшись лицом в мою грудь, и всё повторяла.

— Так не должно было быть, я этого не хотела. Почему Люси обманула меня?

В итоге в ход пошла кружка с успокоительным, которую я принесла в спальню, чтобы выпить самой и уснуть, забыться крепким сном и отключить мозг.

Я же была уверена, что Исабель спит и отложила разговор до утра. В итоге так и пришлось сделать. Все разговоры были отложены на потом.

Даже слабый сонный настой сработал довольно быстро. Моя девочка потихоньку начала стихать, уже не рыдая, а тихо всхлипывая, но всё так же прижимаясь ко мне и изредка шмыгая носом.

Убаюкав Исабель, я ещё долго лежала без сна. Дважды я порывалась пойти и сделать ещё одну порцию успокоительного. Но так и не спустилась на кухню. Сначала боялась, что дочка проснётся, пока я буду ходить за лекарством. А потом испугалась, что Исабель проснётся ночью, а я этого не услышу. Всё же снотворное сильное, а я не знаю, как правильно его дозировать. Уснуть и не проснуться совсем я не боялась, а вот крепко уснуть могла, на фоне постоянного нервного напряжения мозг мог просто отключиться т тогда не известно, чтобы натворила Миледи в моё отсутствие.

Моя девочка этой ночью не просыпалась. А я, наблюдая за спящим ребёнком, мысленно раскладывала в голове всё то, о чем не хотела думать раньше. Как я могла забыть, что где-то внутри меня всё ещё притаилась сущность настоящей Миледи и мне категорически нельзя употреблять крепкие напитки, какие-либо успокоительные или же снотворное.