Книга Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти, страница 474 – Галина Гончарова

Совесть у меня была, кажется… поэтому я послушно встала, отряхнулась и отправилась вслед за лисой.

Лиза шла медленно, постоянно оглядываясь на меня. И это было вовсе не лишним. Сидение на дереве далось мне легко. А вот сейчас…

Лечение Анастасии, то есть попытка сделать так, чтобы у нее не случилось выкидыша, было не напрасным. Это точно. Но вот потом…

Грубо говоря, если на голову страдающему от жажды человеку вылить ведро воды, лучше ему от этого не будет. Я истратила все силы, я фактически была обезвожена, и тут меня накрыло еще магией стаи. И не присутствовать было нельзя. Сейчас я понимала, что тоже замыкала круг. Я – Славкина родная кровь, я связана с вампирами, а те – с оборотнями. И это меня окончательно вымотало. Голова кружилась, меня тошнило, зубы ныли, как будто кто-то скормил мне килограмм шоколада. Мышцы болели и дергались, сведенные судорогой. Но приходилось передвигать ноги.

Если я сейчас рухну на тропинке, Лиза не сможет нести меня. Она лиса, а не лошадь. А жаль.

Лошадь была бы к месту.

Только на выходе из леса я поняла, что до дома меня доставить некому. Я машину не вожу, да и водила б – не помогло бы. В таком состоянии выпускать меня на дорогу? Лучше прибить сразу.

Но эта проблема решилась намного проще. На дороге меня ждал Вадим.

— Привет, – проблеяла я.

Вампир пристально посмотрел на меня и одним движением цапнул лису за шкирку.

— Вы что с ней сделали, морды клыкастые?! – зарычал он, едва не отрывая несчастную Лизу от земли. – Забыли, кто в городе хозяин?! Да я вас всех на воротники пущу!

— Вадим…

Оттащить его я не смогла бы, а вот красиво (или не очень, ну уж простите, актерских курсов не заканчивали) сползти на землю – это у меня получилось.

Вадим тут же бросил лису и подхватил меня на руки. Лиза, не будь дура, решила, что здесь прекрасно обойдутся и без нее, и дунула в чащу, только кончик хвоста мелькнул. Вадим проводил его тоскливым взглядом – видимо, сожалел об упущенном воротнике.

— Что здесь с тобой сделали?!

— Я сама дурой оказалась, – призналась я.

— В это я готов поверить. А в чем ты оказалась дурой? – Вадим пристроил меня на переднее сиденье здоровущего джипа троллейбусного типа. М-да, любовь к большим машинам у нас общая. Я тоже люблю тачки, в которые помещается всё и немного больше. Да и сидеть здесь можно, свободно вытянув ноги. И лежать тоже.

Вампир застегнул ремень безопасности и подергал его, проверяя прочность.

— Не выпаду.

— За тебя же, балбеску, беспокоюсь! Так чем ты занималась с оборотнями?

Мне потребовалось пять минут, чтобы вкратце рассказать, как я лечила Настю от выкидыша, как потом почувствоваластаю, как мне хотелось бегать и выть вместе со всеми…

Вадим осмысливал мои слова минут двадцать. Мы уже успели въехать в город, когда он разродился.

— Юля, это все очень серьезно.

— Еще бы. Особенно с аурой? Наверное, с аурой, если это то, что я видела.

— Может быть.

— А что ты знаешь про ауры? Расскажешь?

— На это и суток не хватит.

— А если в двух словах? Ну хотя бы что это такое и с чем его едят?!

— Если только чуть-чуть. Цвет – это свет. А свет – это проявление сознания. Ну, грубо говоря, Библию ты помнишь?

— Нет.

— А начало? Да будет свет?

— Это – да.

— Вот. Мы окружены цветами, которые не можем видеть, точно так же как есть звуки, которых мы не слышим, или мысли, которых не улавливаем. Человек вообще ограничен узким диапазоном восприятия. У вампиров он чуть шире, у оборотней – еще шире, да и то только когда они находятся в животной форме. А вообще, если бы люди внезапно увидели всецвета, как их надо видеть, – они сошли бы с ума. Да и мы, вампиры, тоже. Цветом можно лечить, можно калечить, можно сделать с человеком все что угодно. За пятьсот лет до рождения Христа Пифагор – первый философ – использовал цвет в лечебных целях. Представляешь, еще и Библии-то не было, а он уже знал про цвета и их воздействие… И лечил. Сейчас медицина нащупала только краешек лечебного воздействия цвета.