Книга Когда мотылек полюбил пчелу, страница 94 – Пеппер Винтерс

Ния отпустила мою руку и зашагала рядом.

— Это она подготовит тебя к ритуалу. Она даст тебе травы, необходимые для того, чтобы войти в транс вместе с Солином.

Солнце бросало утренние лучи, словно золотистые копья. Мы шли сквозь шумную деревню: все вокруг были заняты делом. На кристально чистом небе не было ни облачка, но где-то вдалеке эта идеальная синева сливалась с темно-синей вихрящейся мглой.

Дождь.

Будет дождь.

Хороший знак или плохой? Доберется ли дождь досюда, окропит ли огонь, который утащит меня и Солина за собой? Если дождь погасит пламя в тот момент, когда мы ступим в его жар, попадем ли мы в ловушку? Сможем ли вернуться в этот мир?

По спине пробежала дрожь.

Ния осторожно положила руку мне на талию, и я подпрыгнула от неожиданности. Подруга улыбнулась понимающе и прошептала:

— Никто не причинит тебе вреда, Девушка. Мы с Гият не оставим тебя. И в сумерках, когда вы с Солином уйдете в транс, ты наконец узнаешь, кто ты такая и где твое место.

* * *

Я сидела у реки.

У той самой, что пела мне, сияла голубым и шла рябью, пока я в меру своих сил пыталась помочь незнакомцу с его раненой рукой.

Под внимательными взглядами Нии, Гият и мастерицы над лекарствами Паллен река не пела и не сияла. Еще две женщины, ученицы Паллен, стояли на страже. Они же принесли меха, на которых мы смогли рассесться, и множество корзин с необходимыми для ритуала вещами.

По словам Нии, Паллен раньше была главной лекаркой – в том смысле, что помогала с целительством, а потом передала свои знания Олишу и Уэй, научила определять болезни и лечить их.

Мастерство Олиша и Уэй росло, и Паллен решила посвятить жизнь растениям и другим полезным (и не очень) веществам, которые влияли на тело и разум. И теперь за ритуалом наблюдали ее новые ученики, с которыми она делилась тайнами врачевания. Вскоре они узнают, какие травы помогут духу, которому предстоит путешествие в пламя.

Я не могла не оценить мастерство, с которым она обращалась с обычными на вид сорняками и зеленью. Я напрягала слух, чтобы разобрать, что именно Паллен говорит ученицам о вот этом желтом цветке или о вон той ивовой коре – со всеми требовалось обращаться по-своему. Прикладывать разную силу в зависимости от того, нужно растения вымачивать, варить или молоть.

Если транс подтвердит, что я принадлежу племени Нил – и неважно, что там шептала мне река, – я попрошусь к Паллен в ученицы. Хочу учиться вместе с ними, узнавать больше о мире и его растительной магии.

Паллен посмотрела вперед, на двух юных девушек.

— Меко, ты закончила с пастой из зубчатого листа?

Меко кивнула и подошла туда, куда укладывали рядышком все ингредиенты.

— Все так, Паллен. Смолота, как ты и просила, смешана с измельченной корой дерева ации и с оленьим жиром.

Я подняла взгляд на девушку – глаза ее сияли. Кожа была такой же темной, как у Нии. Красно-коричневые волосы она заплела в две толстые косы, что теперь лежали у нее на плечах. В пряди девушка вплела анютины глазки, которые собрала на лугах к югу отсюда.

У второй девушки кожа была такой же бледной, как у Гият. Но у последней волосы были светлые, а у этой – словно поцелованные огнем. Кудряшки буйным цветом расцветали на ее голове и напоминали об углях очага.

Все пять женщин носили обычные бизоньи меха.