Книга Когда мотылек полюбил пчелу, страница 333 – Пеппер Винтерс

Оба шли рядом с Тралом и Актором.

Я продолжал наблюдать за ней, не отводя от Руны взгляда. Она выпила моей крови. По крайней мере, попыталась это сделать. Руки сжались в кулаки.

О чем она только думала?

Я кончил внутри нее. А еще она испила моей жизненной силы, которая постепенно менялась и становилась субстанцией, которая выглядела так, словно забирала жизнь, а не взращивала ее.

Если бы Руна умерла…

Я охнул и прижал руку к занывшей груди.

Актор вдруг чуть замедлился: он шел рядом с отцом, а теперь поравнялся с Руной. Она оказалась между Актором и Солином.

Мне не стоило обращать на это внимания.

Я как мог постарался не утонуть в собственном гневе. Но это было так трудно.

Особенно после того, что мы совершили прошлой ночью. От правильности этого действа.

Я продолжил идти. Из травяного моря показалась Зетас: на ее рогах повисло несколько сломанных цветов. Я убрал с нее растения и положил руку на огромное плечо, не отрывая взгляда от людей Нил.

Все выглядели довольно отдохнувшими – кроме Руны, конечно. Оружие охотники держали на изготове, глаза их шарили по долине, следя за любыми изменениями. Шаги Руны казались тяжелее, чем у остальных. Иногда она прикладывала руку к животу, будто бы ее терзала боль – та же, которую она почувствовала, когда я впервые вошел в нее.

Я скривился.

Мне не хотелось причинять ей боль. Я бы никогда не навредил ей.

Руна снова погладила свой живот. Меня накрыло виной. Я все-таки навредил ей.

«Она голодная, идиот, – рядом со мной вдруг появился Пелле – прямо при свете, где не было места ни одному мотыльку. – Ты ее совсем измотал… вытянул из нее жизнь».

Я махнул рукой на насекомое, но, как и всегда, промахнулся.

— Я не вытягивал из нее жизни.

«А что, кажется, что она сегодня пышет здоровьем?»

Руна споткнулась, и Солин потянулся, чтобы поймать ее за локоть. Актор сделал то же самое. Она замерла, переводя взгляд с одного мужчины Нил на другого. Держалась она учтиво.

«Осторожнее, мастер над луной, твое чувство собственничества прорывается», – Пелле облетел вокруг моего уха, а потом исчез.

Зетас слегка зарычала, когда вырвавшаяся из меня тьма провела по ее лапам. Я сжал зубы и убрал тени обратно, заметив вдруг в высокой траве несколько увядающих лилий, которые все еще боролись за жизнь.

Я не мог остановить Актора – он шел рядом с женщиной, которую я хотел больше всего на свете. Но я мог покормить ее. Мог вернуть ей энергию, которую украл, и показать, что, даже если меня нет рядом, сердцем и мыслями я всегда с ней.

Я припал на колени и сорвал цветы, смахнул грязь с плотным стеблей и нашел несколько кустов поздней дикой клубники. Прихватил и ее тоже, а потом прошел прямо в центр охотничьей формации, грубо отпихнув Актора в сторону и одарив Руну улыбкой.

— Привет.

Она покраснела, словно в голосе моем жило желание… хотя так оно и было.

— А я все думала, куда ты делся, – прошептала она.

Актор пробормотал под нос проклятье и прошел вперед, чтобы пойти рядом с отцом. Солин бросил на меня взгляд, чуть приподняв бровь.

— Интересная прошлой ночью была погода, – он поднял взгляд на небо. – Дождь будто бы из ниоткуда появился. Так неожиданно.

Руна вздрогнула, но я удержал взгляд чтеца огня.

— Уверен, твое пламя уже разболтало все секреты.

— Ему и не нужно было, – Солин вздохнул. – Стоило только взглянуть на царапины на твоей спине, когда ты возвращал Руну.