Онлайн книга «Когда мотылек полюбил пчелу»
|
Взревел бизон: в холку его попало чье-то оружие. В воздухе разлился резкий запах крови, и… мир потемнел, а потом вернулся, окрашенный промокшими, ужасными красками. Актор бежал прямо на быка. Он замахнулся. Копье его пролетело по воздуху вместе с черными перьями и попало морщинистому бизону в плечо, еле проткнув плотную зимнюю шкуру и летний жир. Бык фыркнул и остановился. Стадо разделилось на два потока – две реки, хлынувшие по холму. Они оставили своего патриарха разбираться с врагами. Рога бизона блестели. Он забил передним копытом и бросился на Актора, который споткнулся в своих дурацких мехах. Он попытался бороться. Но все закончилось, не успев начаться. Бык с ревом врезался в него. Актор закричал и дернулся: рога пронзили его грудь. Брызнуло алое. Развернулись веревки внутренностей. Треснули ребра. Бизон пронзил его легкие, нанизал на рога и поднял к солнцу в кровавом триумфе. Актор душераздирающе закричал. Его кровь капала на величавую морду бизона. Ленты внутренностей качались: белые нити, окропленные рубиново-красным. А потом… все разбилось. Дух стерся в порошок. Его пронзили. Сердце Руны не выдержало – оно было связано с Актором. С его жизненной силой. Руна начала задыхаться, схватилась за грудь, вздрогнула, замахала руками, а потом медленно упала за край холма. Она пыльной, изломанной грудой приземлилась у копыт ревущего бизона. Глаза ее остекленели. Ее больше не было. НЕ БЫЛО! На мгновение я не мог в это поверить. Мое собственное сердце перестало биться. Я словно заледенел. – Руна… Но… она не поднялась. Она не дышала. Не моргала. И бык опустил свое копыто прямо на ее череп… и в груди моей пробудилось землетрясение. Что-то щелкнуло внутри меня. Зло, дико… и полилась тьма, чернота такой глубины… и я упал в то, от чего так долго бежал. Что-то пробудилось глубоко внутри меня, разорвало оковы, которыми я так давно его сковал. Меня пронзила агония, какой я не чувствовал никогда: она все росла и росла, уничтожая все мои представления о самом себе. Я встретил эту боль грудью. Я повернулся спиной к живущим. И стал ужасной смертью и беспощадным распадом. Из меня вырвали запятнанные убийством тени – они двигались со смертоносной скоростью. Я открыл глаза. И приготовился уничтожить все вокруг. Зрение подвело меня. Я непонимающе закачался. В горле поднялась тошнота и… Я… я не понимаю. Мои тени превратились в зловещее шипящее облако. Они ждали моего приказа, чтобы уничтожить… что? Я смотрел на мир, который уже существовал в прошлом. Руна стояла рядом с Солином и Тралом. Актор поднялся на возвышение и побежал навстречу стаду. Охотники Нил еще не пришли ему на подмогу. Никакой крови, никаких кишок, никакой смерти… Этого… не случилось? Я моргнул, призывая разум разобраться в том, что разворачивалось на моих глазах… так же, как и тогда. Шаг за шагом, по тропе, словно я был кукловодом и вел их к неизбежному концу. Я с трудом сглотнул – Актор проскользил по холму и остановился, чуть не споткнувшись, прямо перед стадом. — Уходи, отец! Прячься! Я испугаю их так, что они побегут обратно! В ушах зазвенело от жутких повторов. Это было видением?.. Видением того, что сейчас произойдет? Если все это правда, значит… мне снова придется смотреть на то, как Руна умрет. |