Книга Когда мотылек полюбил пчелу, страница 211 – Пеппер Винтерс

— Прежде чем сделаешь глупость, позволь рассказать тебе, что произойдет, если ты начнешь драться в нашем доме, – она кивнула подбородком на что-то позади меня и властно сжала губы. – Посмотри.

Я сжал руки на украденном копье и обернулся.

И тут же замер: меня окружил целый рой охотников. Мужчины и женщины, молодые и старые: на высушенных солнцем лицах – непоколебимая уверенность.

— Руна в безопасности. Это я могу тебе обещать, – произнесла женщина, вновь привлекая мое внимание на себя и седые прядки в своих черных волосах. – Она идет в огне. Она избрана, ее защищают. И только она может вернуть нашего повелителя духов назад.

Женщина сжала руки в кулаки, и тон ее сделался ледяным.

— Ее нельзя отвлекать. Огонь отпустит ее только тогда, когда она будет к этому готова. Если ты попытаешься разбудить ее, то нанесешь и ей, и Солину непоправимый урон. Если ты сразишься с нами, то можешь убить кого-то из нашей семьи, да. Но мы убьем тебя в ответ. Если ты натравишь на нас свою волчицу, мы распорем ей живот клинком прежде, чем она накинется на наших детей, – в глазах ее сияло смертельное обещание. – Ты понял?

Я перевел взгляд с женщины на ее пару и обратно. Сжал челюсти.

— Просто позвольте мне ее увидеть. Это все, о чем я прошу. Мне нужно увидеть ее своими глазами…

— Ты не сможешь этого сделать, – прервал меня вождь, и его темные глаза загорелись вызовом. – Я сдержал свое обещание и не причинил тебе вреда. И так я буду делать и дальше, пока ты не сделаешь того, что заставит меня пожалеть о своем выборе.

Тени мои поползли вперед, подкрадываясь к каждому охотнику позади меня. Каждая темная их ленточка полнилась тем же предупреждением, которое дал мне вождь.

Я не просил об этом.

Не просил, чтобы меня забрали от Салака. Чтобы я проснулся не рядом с Руной.

Меня окружили смертные, которые слепо поклонялись стихии. Стихии, которая могла так легко им навредить. Так легко и безжалостно. Эта стихия попыталась убить меня, когда я зашел на ее угли. И она отказалась пускать меня к Руне.

— Я просто хочу увидеть ее, – прорычал я. – Мне нужно увидеть ее.

Гнев разгорался все сильнее, пылал жарче, смешивался с моими тенями.

— Трал, – пробормотала едва слышно женщина. – Посмотри.

Глаза ее впились в мои тени, которые росли и уплотнялись, танцевали у щиколоток каждого мужчины и каждой женщины, что осмелились подойти слишком близко. Тени клубились вокруг оружия, словно издеваясь над уверенностью членов племени Нил в том, что они смогут поранить меня до того, как я доберусь до них.

Мои тени коснулись их кожи, и я почувствовал их страх и их решимость. Ощутил верность лидерам и любовь к клану. Их недоумение по отношению к смерти Киввы и резкий вкус их ненависти. Новизна этого чувства – теперь я знал, что жило в основании этих людей, – заставила силу мою трепетать. Мощь моя росла, и я едва мог дышать, восхищаясь этой силой.

Но я не коснулся их. Я коснулся их душ. Духов.

Я погладил каждого из них простой тенью. Осталось только сделать выбор.

Выбор: сбить ли их всех с ног, схватить копья, клинки и посохи и пронзить их сердца ночной тьмой?

Я чувствовал, как пульсирует по венам их кровь, как несется внутри жизненная сила. Это было бы так легко.

Слишком легко.

В кончиках пальцев моих собралась такая сила, что у меня чуть слюна не потекла. Пьянящий, смертельный потенциал, который с каждым часом лишь рос.