Книга Когда мотылек полюбил пчелу, страница 168 – Пеппер Винтерс

Резко вдохнув, незнакомец уверенно, с вызовом упер руки в бока.

— Если дерева нам хватит, то, может, начнем?

Я склонилась и взяла на руки Натима, а потом неохотно кивнула.

— Я не могу придумать причины для того, чтобы отказать тебе.

Его губы изогнулись в улыбке:

— Кажется, ты не хочешь этого делать, Руна.

Я рассмеялась. Он подтрунивал надо мной, и спасибо ему за это.

— Неужели это так заметно? – я обняла олененка, подметив, что тот неплохо прибавил в весе и размере, а затем повернулась и пошла к горе веток.

Незнакомец последовал за мной.

— Я благодарен тебе за это. Надеюсь, ты понимаешь, за что именно.

— Понимаю.

Мы остановились у реки, повернулись друг к другу, и я поймала его взгляд.

— Надеюсь, я смогу подарить тебе то, что ты хочешь.

Глаза его потемнели.

— Ты уже подарила мне то, что я хочу.

Я с трудом сглотнула, поставила Натима на землю и подпрыгнула от неожиданности: меж деревьев сияли желтые глаза.

Я выпрямилась и прошептала:

— За нами наблюдают волки.

Я прищурилась, глядя на серебристых и черных зверей, которые расположились под блестящими кустами.

— Они никогда тебя не покинут, – незнакомец улыбнулся. – Я попросил их присматривать за тобой.

— Они были здесь все это время?

— И вчера, и сегодня.

Я раздраженно выдохнула.

— Должно быть, я совсем слепая.

— Или ты наконец-то прозрела. И поняла, что посмотреть сразу на все не в силах: слишком уж этого всего много, – незнакомец присел на корточки и схватил несколько веток.

Я замерла, вновь подивившись его мудрости.

Я вдруг почувствовала уверенность. Пусть мне было страшно, но я тоже хотела узнать, кто он такой. Хотела узнать его имя и вспомнить все то, что знала о нем до. Потому что чем больше времени мы с ним проводили, тем больше сердце мое уверялось в том, что незнакомец – особенный. Меня больше не тянуло к нему лишь потому, что мы делили на двоих прошлое. Меня тянуло к нему из-за нашего возможного будущего. Он был хорошим, мудрым и добрым – пусть даже его тени и предупреждения огня заставили меня подумать о том, что он само зло.

Я сама не верила в это.

В этом у меня не было ни малейших сомнений.

Шипение огня заставило меня усомниться, и я скривилась, зная, что почувствует незнакомец.

Он перекидывал ветки прямо на траву, строя горку поменьше.

— Давай уже покончим с этим, пока я не передумал.

Я опустилась рядом на колени и взяла его за руку. Сжала. Пальцы закололо от того потока, что нас связывал.

— Если ты решил развести огонь, это делается совсем не так.

Незнакомец напрягся и откинулся назад, глядя на руку, которой я сжимала его ладонь.

— Мне не нужен огонь.

— Придет зима, и посмотрим, – я содрогнулась, вспомнив снег, порошу и мороз.

— Я и прежде переживал зимы безо всяких удобств, – глаза его затуманились, вспоминая холод и безлюдный лед, и он вздрогнул, как и я, – В этом году я буду греться среди волков… и рядом с тобой.

— Или же в лупике, среди людей Нил.

Он ответил не сразу – выдохнул чуть ли не с сожалением:

— Я начинаю чувствовать к тебе, Руна, то… в общем, я не смогу тебя отпустить. Если ты вернешься в деревню, то выбора у меня не будет. Я последую за тобой.

Я с трудом сглотнула:

— Выбор у тебя всегда будет.

Незнакомец чуть склонил голову и улыбнулся – спутанные волосы рассыпались по плечам.