Книга Опальная жена Его Высочества. Право на предательство, страница 75 – Мария Вельская

— Мир его праху! Хороший был парень, – смеялся муж, – жаль, любил смотреть на чужих жён. А это совсем дурно, да, милая?

Помню, как кивала в ответ. И как болели спина и голова.

Чтоб вас! Только не говорите, что здесь постаралась не одна императрица…

— Следующий! – Скрипнула зубами.

✏️4. Катастрофа в день коронации. Этого может и не произойти. Давка, гибель сотен жителей, понесшие рысаки, разбитые витрины.

✏️5. Холера!

Странная болезнь начала расползаться с южной границы и сильно подорвала репутацию нового императора. Очаги вспыхивали вплоть до моего изгнания. Этого тоже может никогда не произойти, но лучше подстраховаться заранее. Впрочем, до этого времени ещё полно.

✏️Знаю, как лечить! Сода, лимон, десять капель настойки на основе магического растения Elfydeum, заячьи ушки (растение! Не настоящий заяц!) и… капля королевской крови.

Когда об этом стало известно, стали шептаться, что к болезни причастен молодой император. Мол, решил приструнить недовольных. Я была уверена, что Шаннер Мъярг скорее вскрыл бы этим недовольным горло.

Что ещё? Остальные события мелкие, незначительные. Или я не всё помню. Многое зависит от исхода дипломатической встречи. Прошлое уже немного изменилось.

Или много?

Что у нас ещё?

Самое важное. Компромат на императрицу и Тристана. На мужа у меня пока нет… ничего. Рыжая швабра вчера действительно прекрасно развлеклась у всех на виду. И отправилась в ссылку – прямиком на границу с кочевниками. Будет теперь женой старого коменданта. По слухам, человека неуживчивого, жестокого и себялюбивого. Жалеть несостоявшуюся любовницу Тристана я не собиралась.

А что же Её Величество, непогрешимая императрица? Была у меня парочка смутных воспоминаний о письмах и вроде бы дневнике. Но последнее настолько мутно, что может я это сама себе придумала.

А ещё была безумная идея спровоцировать эту дрянь. Так, чтобы была возможность отвадить её от себя надолго. Но на это понадобится время. Нужно всё просчитать и подготовиться.

Сначала – письма. Этот разговор свекровь вела, считая, что я лежу в бреду. Частично так и было. Но я запомнила, как она бесилась и орала, что эти писульки навредят Тристану и могут уничтожить плоды её усилий.

Имя. У меня было имя посредника. Варрий. Жаль, что мне это ни о чём не говорило, а никаких Варриев во дворце я пока не нашла. Но упорство камень точит.

Я всё смогу. Обязательно.

— Корри, огоньку! – Шепнула тихо.

— Гурр-ня, – сообщили мне важно и плюнулись чем-то зелёным.

От этого съежился не только исписанный лист, но и кусок ковра, на который я его кинула.

— Молодец, милый, – пробормотала задумчиво и цокнула языком.

Личные даты я не записывала. Их сложно было забыть. Мне казалось, что Кэсу уже ничего не грозит. Что мы успели, обыграли судьбу, преодолели самый опасный рубеж. Но что если нет?

— Смогу ли я его спасти? Грозит ли ему ещё опасность?

Сердце сжималось так, что, казалось, вот-вот разорвётся.

И когда эта боль и злость стали совсем нестерпимыми – на кончиках пальцев вспыхнули, обжигая, блестящие металлические паутинки. От них отчётливо пахло железом.

— Что это? – Вскрикнула, едва не упав со стула.

Сердце бешено колотилось. На лбу выступила испарина.

Я вытянула руки перед собой, не решаясь ни к чему прикоснуться.