Книга Обещана мертвому царю, страница 8 – Вера Ширай

Я подняла голову.

— Бабуль, жарко же днём, — сказала я тихо. — А по ночам просто ветер гуляет, приносит холодный воздух. Хорошо же, прохладно.

Бабушка снова запела, но уже тише.

Я возвращалась к венку, вплетая в него свежие стебли. Травы мягко похрустывали под пальцами.

В дверь избы застучали да так громко, что сердце у меня ушло в пятки. Обычно так стучат только в редких случаях, когда случилась беда. Я бросила венок на стол и почти бегом подскочила к входу.

Едва приоткрыла дверь, как на пороге показалась Мориса. Одна без раненых или больных. Я посмотрела на девушку с немым вопросом, стоит ли нам бежать к ней домой, всё ли в порядке с семьей? Но девушка стояла невозмутимо, явно давала понять, что намерена войти в избу и говорить только там.

Красивая, яркая, с толстой косой роскошных чёрных волос, алыми губами и взглядом, который блуждал по моему лицу, искал, выискивал слова, с которых стоит начать разговор. Передо мной стояла Мориса, краса нашей деревни. Незамужняя, хоть и старше меня на несколько лет, посему мы почти не общались: уж слишком разнились наши интересы.

А вот с её младшей сестрой мы были близки. Мирелава часто забегала в гости, помогала мне плести травяные куколки для детей, венки, собирала коренья, хоть сама врачеванию и не училась.

Мориса стояла на пороге, дышала чуть чаще обычного, спешила или волновалась. На щеках играл румянец — она явно пришла не просто так.

— Ой, Лиска, — пропела девушка, — позови бабушку. Мне бы с ней наедине поговорить.

— Бабуль! — крикнула я, оборачиваясь. — Тут к тебе!

На мой крик из спальной комнатки вышел дед Тихон, потирая заспанные глаза.

— На часок прилёг, — пробурчал он, зачерпывая из ведра кружку воды. — Чего расшумелись?

Мориса надула губы и уставилась прямо на бабушку.

— Мне бы… тайно, — почти прошептала она.

Бабуся фыркнула и опёрлась рукой о косяк.

— Тайно — это не к нам. Говори при дочке. Она учиться должна.

Тихон, поняв намёк, поставил кружку, поднялся с лавки и побрёл к выходу, ворча:

— Дров надо принести…

Мориса томно вздохнула, скосив глаза в сторону, собралась с духом и как сказала:

— Мне трава нужна… чтоб понести.

У меня руки сами разжались, а корзина едва не выскользнула на пол.

— Чтоб… что?

— Да, ну чтоб ребёнка, — она прошептала свой замысел, щёки её запылали, но дерзкий блеск в глазах не исчез. — У меня ухажёр есть… только нерешительный. Но на Купалу точно венок мой поймает. Да и папоротник вместе пойдём искать… вдвоём.

Мне пришлось усилием заставить себя дышать ровно. Я не осуждала страсть и влечение, праздник Купалы на то и нужен. Но ловить человека в силок через дитя специально… это уже другое.

Мне не давали покоя слухи о моей матери. Народ за спиной шептал, что нагуляла меня мать, да на бабушку с дедушкой перекинула все заботы. Грустно мне от этого, и пусто на сердце было. Какому ребенку понравится слушать за спиной «нагуляли», «не признали», «подкинули бабке с дедом».

— А что? — продолжила Мориса. — Купала даст знак, значит вместе время проведём. Все знают: если сам праздник послал, то союзу быть.

Я уже приготовила длинную речь: про честное слово, про открытость, про то, что чужая воля не заменит мужской ответственности…

Но она перебила быстро, боялась наткнуться на отговорки.