Книга Халазия, или на Земле тоже можно жить, страница 86 – Tommy Glub

Я говорю это тихо.

— Да, в твоих словах есть логика. Он мог понять, что тут лучше. Всяко лучше, чем подчиняться искусственному интеллекту.

— А что вы знаете о создателе? — тихо спросила я.

— Каком?

— Создателе Халазии. Кто-то ведь написал первый код. Кто-то начал это.

— Это началось с планеты, это точно. После построили станции и потом что-то пошло не так. Станции должны были служить дополнительной мощью для Земли. А не стать домом для человечества.

— А как тут люди остались?

— Существует одно поверье. Оно от Западных пошло. У них на территориях есть подземные бункеры. Через пару десятков лет люди вышли из него и начали тут жить. Уже тогда Халазия взяла верх и стала править людьми.

Арон подложил под голову руку и вздохнул.

— Южные — первые, кто сдался и не захотели вступать в диалог с нами и другими поселениями. Часть забрали на базы. Остальные работают добровольно на систему. А после каждое поселение заключило договора на своих условиях. Мы не мешаем ей разбивать базы и заниматься добычей чего бы то ни было. А она не трогает наши поселения. Потому внутри Севера, Востока и Запада — мы в безопасности. Сейчас же, в этом лагере, — нет. Но тут и ей делать нечего.

— Я удивлена, что вы не чипированы… Я не верила, что тут можно жить.

— А мы думали, что на станциях только чипированные. И нет таких особенных крошек.

Я прячу лицо в груди Арона. Мне так приятно, что хочется не прекращая улыбаться. А ощущая их запахи, мне очень хочется никогда больше не отпускать их. Ни на одну секунду, если честно.

Будит меня шум. Глухой грохот металла, шаги по утоптанной земле, негромкие, но быстрые разговоры. Где-то рядом рычит мотор, и от этого звука внутри поднимается странное беспокойство.

Я приоткрываю глаза, сначала не понимая, где нахожусь, и тут же резко поднимаюсь. Внутри палатки полумрак, воздух тёплый, пахнет тканью, древесиной и чем-то лёгким, травянистым. Это не то место, где я уснула…

Я в палатке Зои и Лиама.

Сонно тру глаза, пытаясь окончательно проснуться. Через маленькое окошко вижу, как снаружи вся команда Восточных активно собирает лагерь. Люди снуют между палатками, кое-кто уже складывает вещи в кузова машин, посуда гремит, звук металла о металл раздаётся на фоне общего гула. Двигатели заводятся один за другим, и я чувствую, как пространство вокруг оживает.

Полог палатки отодвигается, и внутрь заглядывает Лиам. Он выглядит бодрым, в его глазах пляшут весёлые искры. Улыбается, протягивает мне бутерброд, от которого сразу веет жареным мясом и специями.

— Лопай и на выход, малышка. Мы едем домой.

Домой… Это слово звучит неожиданно… Умиротворяюще.

— Да… Да, — отзываюсь я, всё ещё немного ошарашенная, но тут же хватаюсь за бутерброд и спешно откусываю кусок. Мясо невероятно сочное, пропитанное дымком, солоноватое и тёплое.

Я быстро натягиваю тёплую спортивную кофту Зои поверх термокостюма, чувствуя, как мягкая ткань приятно ложится на плечи. Тугие рукава немного давят, но согревают. С трудом застёгиваю молнию, торопясь, и быстро шнурую ботинки, приглушённо слыша, как за пределами палатки звучат последние команды.

Едва вылезла из палатки, замираю. Мимо меня проходит Керн. Он на миг останавливается и быстро улыбается:

— Как себя чувствуешь?

— Хорошо, — жуя, отвечаю я. — Как я… Тут…