Книга Младшая сестра Золушки была гангстером, страница 43 – Лидия Мун

Лилиан кивнула и, толкнув дверь в дом, вошла внутрь.

Я же немного помедлил, глядя на свой наряд. Если это сон, то могу ли я одеть себя нормально? Скажем, в джинсы и майку.

Представив свой обычный летний образ, я открыл глаза и издал тихий вопль радости: на мне были потертые голубые джинсы, кеды и черная майка. Идеально!

Последовав за Лилиан в дом, я оказался в светлом и просторном помещении, где на окнах висели занавески в цветочек, посреди стоял диван с вязаными подушками, а вдоль стен возвышались уставленные книгами полки.

Лилиан стояла у ближайшего окна. При виде меня ее брови удивленно выгнулись. Взгляд скользнул по татуировкам на моих руках.

— Интересно выглядишь, — произнесла она.

— Это комплимент? — спросил я, даря Лилиан улыбку бэдбоя.

— Возможно. — Она отвернулась к окну, но от меня не укрылись ее покрасневшие щечки.

— Это твои учебники? — спросил я, рассматривая книги. Некоторые названия на корешках были четкими, а некоторые, почему-то, размытыми, будто их пытались стереть.

— Они просто для красоты. — Лилиан поставила букет цветов в вазу, которая внезапно появилась у нее в руках. — Там только парочка настоящих — те, что я знаю наизусть. Все во сне берется из головы человека. — Она постучала пальчиком по своему виску. — Если я не могу представить что-то достаточно четко, то это не сможет появиться во сне так же детально, как в реальности.

— Значит, меня ты можешь представить довольно детально, — с довольной улыбкой заметил я, поймав свое отражение в зеркале.

Лилиан покачала головой и уселась на диван.

— Ты такой четкий, потому что это и твой сон тоже. Твое сознание в нем реально. А вот если представить кого-то во сне… — Зажмурившись, Лилиан нахохлилась, как воробей.

Спустя мгновение перед нами появился Вермишель.

— Фу! Почему именно этот петух? — воскликнул я, сморщив нос от отвращения.

Лилиан хихикнула, и Вермишель тут же растаял в воздухе.

— Только не говори, пожалуйста, что влюблена в него, — пробормотал я, сев рядом с Лилиан и умоляюще заглянув в ее небесно-голубые глаза.

Ее улыбка стала шире. Издав новый смешок, Лилиан ответила:

— Хорошо, не буду.

Я замер, озадаченно глядя на ее румяные щечки. Так она влюблена в него или нет?

Черт, я сам виноват — неправильно сформулировал просьбу. Надо было в лоб спросить, нравится ли ей Вермишель. Тогда бы и получил четкий ответ. А теперь и переспросить как-то волнительно, и оставлять этот вопрос нерешенным тоже не хочется.

Ладонь Лилиан лежала на диване, совсем рядом с моей. Поддавшись порыву, я осторожно накрыл ее маленькую ладошку своей и замер, изучая ее реакцию.

Лилиан вздрогнула от неожиданности, но ладонь не отдёрнула. Лишь отвела глаза в сторону и перестала лукаво улыбаться. Ее щеки при этом стали еще алее.

— Если он тебе и правда нравится, то я буду сильно ревновать, — тихо, но уверенно произнес я. — А еще буду стараться сделать так, чтобы тебе понравился я. Даже несмотря на то, что в реальности у меня женское тело, ты мне очень нравишься, Лилиан. Понравилась с первой встречи. Прости, но я больше не могу держать это в себе.

Сердце колотилось, как бешеное. В животе образовался узел, который постепенно затягивался все туже. Ожидая ответа Лилиан, я напрягся так, что заболела голова.

— Нет, мне не нравится месье Шель, — наконец произнесла Лилиан. — Я общаюсь с ним только потому, что он — инспектор по делу убийцы чародеев. Меня познакомила с ним Ноэми, которая расследовала это дело. Втроём мы пытались докопаться до правды. — Лилиан тяжело вздохнула. — Но теперь все это в прошлом. Ноэми в Сальпетриере, а месье Шель решил, что женщины слишком восприимчивы к подобному, и перестал вводить меня в курс дела.