Книга Выметайтесь, граф!, страница 80 – Ирина Ваганова, Екатерина Мордвинцева

Больше всего Аддерли хотел сейчас же поспешить к Эриде и успокоить её, пообещав, что всё обязательно наладится и они с графиней найдут общий язык, не сомневался, матушка не захочет оставаться в огромном доме одна. Однако, он заставил себя задержаться — следовало убедиться, что его надежды имеют основания.

Луина устроилась на своём ложе, усиленно изображая немощь. Однако довольная улыбка, то и дело возвращавшаяся на её губы, выдавала счастье от того, что сын не оставил её в ту же минуту. Радость погасла после следующих слов сына:

— Хочу, чтобы вы уяснили, матушка. Я полюбил. Признаться, не представлял, что способен на такие сильные чувства!

— Эта дрянь околдовала тебя, — не смогла удержаться от ядовитого замечания графиня.

— Нет, Ваше Сиятельство. Подозревая эту девушку в подлых намерениях, вы ошибаетесь. Она сколько могла гнала меня прочь. Однажды, я даже получил тумаков от её метёлки!

Максимилиан произнёс это с улыбкой, графиня же приподнялась на локте, от возмущение забыв о притворстве:

— Как она посмела! Правильно я разломала это помело!

— Вы, матушка? — посерьёзнел Макс. Покачав головой, добавил: — Вот видите, а Эрида не обвинила вас в моих глазах, не хотела тревожить сыновние чувства. Разве она не прелесть?

— Ведьма! Ведьма и есть, знает как захомутать богатого и успешного мужчину!

— Вот вы говорите: ведьма, — продолжил увещевать матушку граф, — а известно ли вам такое понятие, как ведьминское проклятье?

— Разумеется, я слышала о нём.

— Любая, даже не очень сильная ведьма, если разозлится и произнесёт карающие слова искренне и эмоционально, способна погубить даже короля, даже сильного мага. Что уж говорить о неласковой свекрови?

— Ты мне угрожаешь? — побледнела графиня, снова упав на подушки.

— Всего лишь хочу сказать следующее: если бы Эрида Виллард хотела, как вы утверждаете, получить в мужья аристократа, она бы без труда избавилась от столь незначительного препятствия, как его неугомонная мамаша. — Он встал и направился к выходу, добавив через плечо: — Советую поразмыслить над этим.

Луина Аддерли никогда в жизни не испытывала такого унижения. Слов для ответа не нашлось. Потянувшись за склянкой с успокоительным, женщина расплескала едва ли не половину. Остальное накапала в стакан с водой и выпила залпом.

Нужно было что-то срочно предпринимать. Что? Кого умолять о помощи? Одна с этой рыжей бестией несчастная мать точно не справится!

* * *

Графиня успела немного успокоиться, когда к ней в комнату постучала служанка. Дождавшись позволения войти, она аккуратно заглянула в приоткрытую дверь и сообщила, что к хозяйке пожаловали гости.

— Кто? — коротко осведомилась Аддерли.

— Графиня Амалия Вербер, — доложила девушка.

— Так чего ты тут стоишь! — возмутилась дама. — Живо пригласи ее сюда.

Заняв наиболее выгодное для себя положение в постели, хозяйка вновь приложила ко лбу компресс и напустила на себя самое страдальческое выражение лица.

— Луина, милая моя, как же так? Что случилось? — появилась на пороге комнаты встревоженная подруга. — Я встретила неподалеку твоего слугу, что бежал за лекарем. Он сказал, что тебе плохо. Я в свою очередь не смогла остаться безучастной.

— Ах, Амалия, — едва не плача, протянула Аддерли. — Знала бы ты, что случилось. Мой родной сын смерти моей желает, — всхлипнула она.