Книга Любовь Демона, страница 104 – Тала Тоцка

Если бы он по-настоящему в меня врезался, нам бы обоим пиздец настал прямо здесь, на месте. Но он в последний момент берет влево и только делает вид, что касается. Я рывком подаюсь вправо, уворачиваясь, и сам отлетаю в сторону.

Пришлось вспомнить все, что знал и умел. Блядь, надо хотя бы боксом начать заниматься, а то все былые навыки растерял. В последний момент нога соскальзывает, и я уже по настоящему лечу в сугроб.

Хорошо не в овраг. Я планировал помириться, а не в больнице отлеживаться.

— Демьян! — звучит полный отчаяния крик.

Лежу в снегу, раскинув руки, глаза закрыты. Не совсем закрыты, сквозь приподнятые веки подглядываю, как мой Ангел ко мне по снегу бежит. В лыжных ботинках неудобно, как она еще в лыжах не побежала. Такая может.

Подбегает, падает рядом на колени. Захлебывается слезами, меня за плечи трясти начинает.

— Демьян, ты цел? Скажи, что ты жив, пожалуйста! — ревет.

Не скажу. Умру, если снова не полюбишь.

— Помогите! — она кричит в сторону и опять ко мне. — Демьян, любимый, открой глаза. Только не умирай...

Гладит, щеки целует.

Открываю глаза, смотрю в небо. Тучи висят, наверное, снег пойдет.

Улыбаюсь, обнимаю своего Ангела и к себе притягиваю.

— Ну раз любимый, то так и быть. Не буду умирать, поживу еще.

И пока любимая меня нахуй не послала, закрываю ей рот поцелуем.

Глава 33

Ангелина

— Ты притворялся! Притворялся! — вырываюсь, молочу обманщика по плечам, а по факту лишь выбиваю снег из непромокаемой ткани лыжной куртки.

— Не притворялся, — Демьян без особых усилий скручивает меня и снова притягивает к себе, — я умирал, а ты вернула меня к жизни. Не дерись, Ангел, я все равно сильнее!

Я возмущаюсь, отбиваюсь, но на деле испытываю невероятное облегчение от того, что Каренин жив.

Не передать, что я пережила, когда увидела, как на него на полной скорости несется Никита. Если бы они столкнулись... Лучше об этом не думать, от страха сразу сводит внутренности.

Никита вовремя сориентировался и в последний момент успел объехать Демьяна. Все произошло за какие-то доли секунды, я не успела опомниться. И увидела, как Демьян отлетает в сторону от трассы.

Перед глазами пронеслись кошмарные кадры из прошлого — инвалидное кресло, безжизненные ноги, отсутствующий взгляд.

Или еще хуже...

Неслась к нему, не разбирая дороги, а он притворялся!..

Его губы впиваются в мои, язык раздвигает зубы и проталкивается в рот. И у меня пропадает весь запал. Злость тоже куда-то уходит.

Какая разница, притворялся или нет? Главное же, что живой. И как минимум все конечности двигаются.

— Ты не представляешь, какой я счастливый, Ангел, — шепчет в губы Демьян, — просто не представляешь...

Он углубляет поцелуй, и мне становится совершенно наплевать, что мы лежим в сугробе, присыпанные снегом.

Вот абсолютно.

— Бро, ты как? — к нам по снегу пробирается Топольский с мужчиной в форме медработника.

— Норм вроде, — Демьян с явным сожалением выпускает меня из рук.

— Лежите и не двигайтесь, я вас осмотрю, — говорит мужчина. Отхожу, чтобы не мешать.

— Да все хорошо, — Каренин тем не менее дает себя осмотреть.

— Здесь болит? — медик сгибает его руку. Осматривает ноги. — А здесь?

— Вот здесь, — показывает Демьян на грудную клетку, — здесь все горит. Меня любимая любит. Меня сейчас порвет от счастья.