Книга Любовь Демона, страница 102 – Тала Тоцка

— Подожди. Демьян рядом, это он попросил меня сюда заглянуть. Ангелина, я... — она тушуется, — я хочу перед тобой извиниться. Это было ужасно бестактно с моей стороны, прости. Я не должна была все это говорить, когда тебе пришлось одной растить дочку.

— Это как-то отменяет то, что Никита прекрасный муж и отец? — останавливаю Машу. — Почему ты не должна об этом говорить?

— Я от них уже отгребла, — взмахивает она рукой в сторону двери, — от обоих. Это и правда было бестактно, я просто не знала. Я вообще ничего о тебе не знала, знала только, что Демон ненавидит всех женщин без исключения. Считает их продажными и недалекими. Меня тоже такой считал, когда мы познакомились.

— И когда вы познакомились?

— В Лондоне. Он был после операции, проходил реабилитацию. Мы учились в одном универе, только он на старшем курсе.

В дверь требовательно стучат.

— Ангелина, Маша, мы вас ждем, — звучит голос Никиты.

— Никуда от них не деться, — бурчит Маша. — Они тебя ждут, чтобы на трасу идти. Пойдем, и правда пора. Вам с Миланкой Демьян инструкторов нанял.

— Хорошо, скажи, я сейчас приду.

Маша уходит, я закрываюсь в кабинке. Слышу как хлопают двери.

— Боже, Олеська, Демон! Ты видела, какой он охуенный? Мы так фанатели по нему, ты бы видела, как он дерется! Смотришь и течешь!

— Почему такие мужчины выбирают каких-то замухрышек?

— Так они перед ними ноги раздвигают на радостях, что снизошел. И сразу рожают, чтобы удержать. А потом вцепятся мертвой хваткой, не оторвать.

— Я бы сама перед ним раздвинула, Даш! Такой секси...

Распахиваю дверь кабинки, по лицам девушек видно, что они прекрасно знали, что я их слышу.

— Как раздвинете ноги, смотрите, чтобы не надуло, — говорю обеим и чуть ли не бегом выхожу из туалета.

* * *

Демьян

— Ты думаешь, что она тебя больше не любит? Поэтому с тобой не спит?

— Да похуй, что не спит, Никита. И даже если не любит. Я люблю, за нас двоих. Она мне не верит, вот что хуево.

— Папа, смотли, я еду! — кричит моя девочка, и я с готовностью включаю камеру на телефоне.

— Давай, принцесса, я снимаю!

Мы с Топольским стоим у подножия трассы. Он с коляской, я с телефоном.

Никита с Машей меняются и катаются по очереди. Янка уснула как только ее упаковали в коляску и вывезли на улицу.

— Она на морозе спит лучше всего, — сказала Маша, — это какой-то полярник, а не девочка.

Моими девчонками занимаются инструкторы. Ангелину увели на подъемник, а Миланку пока тренируют здесь, внизу.

— Смотри, она правда едет! — ахает Топольский. — Такой клоп и едет!

Даже не скрываю, как меня прет от гордости.

Это мой клоп! Это моя дочка такая способная!

— Они группируются правильно, у взрослых не у всех так получается, — хмыкаю с довольным видом.

Самому смешно, как легко я влился в ряды отцов, которые уверены, что их дети оф зе бест. Но это так, я дико горжусь своим ребенком. Она никого не оставляет равнодушным, не зря мои пиарщики в нее сходу вцепились.

И оказались правы, наши с Миланкой фото имеют максимальную конверсию в рекламе. Моя девочка всем «зашла». С таким рейтингом мне теперь даже в политику можно.

Дочка в восторге от поездки, ей нравится абсолютно все начиная с номера и заканчивая маленькой Янкой Топольской.

Зато с Ангелом у нас все глухо. Она ведет себя очень сдержанно и отстраненно, а я боюсь сделать лишнее движение, чтобы ее не спугнуть. Все время боюсь, что она меня пошлет и уедет как собиралась.