Книга Девочка из прошлого, страница 90 – Тала Тоцка

— Я скажу синьору Ди Стефано, что вы проснулись.

— И скажите ещё, чтобы меня не беспокоили.

— Это не обсуждается.

Доктор уходит. Горничная помогает мне снять осточертевшее платье, и я иду в ванную. От помощи отказываюсь, я хоть и чувствую слабость, но не настолько, чтобы меня требовалось поддерживать.

А ещё я хочу остаться одна. И подумать.

Откуда он узнал? Как догадался? И если...

Если это правда, и он приехал, чтобы меня увидеть, и он тоже сгорал, как и я, то...

Как же мне теперь дальше жить?

Демид сказал, что я буду Ольшанской. И Катя. Наша девочка. Она тоже будет Ольшанской, как и ее папа. Разве я теперь имею право молчать?

Только я знаю Демида. Он съест себя живьем, считая виноватым в раннем рождении дочери. Я не хочу взваливать ему на плечи ещё и этот груз. Но не выйдет рассказать об одном, умолчав о другом. Как бы я ни хотела пропетлять, просто не получится.

Теплая вода оказывает благотворное действие. Она смывает слабость, и после душа я даже с удовольствием выпиваю чай и съедаю тост с сыром.

Смотрю на часы, в такое время Феликс ещё не спит. Окидываю себя взглядом в зеркале — трикотажный домашний костюм смотрится вполне прилично. Я и не на официальный прием собираюсь.

Выхожу из спальни и отправляюсь на поиски приятеля. Его решение переехать в резиденцию отца стало для меня сюрпризом. Здесь же полдня можно гулять и никого не встретить! Как здесь можно жить?

Встретившийся охранник на вопрос, где я могу найти дона Ди Стефано, отвечает, что синьор заседает с гостями в каминном зале и даже вызывается меня проводить.

— Спасибо, дальше я сама, — останавливаюсь у открытой тяжелой двери и заглядываю внутрь.

Мужчины сидят в высоких креслах вокруг невысокого столика, посреди которого стоит полупустая бутылка виски. У мужчин в руках бокалы с темной жидкостью коньячного цвета.

То есть Моралес ещё не уехал. И Демид тоже.

Взгляд сразу мечется к нему. Он сидит, вытянув ноги, и смотрит на бокал в своей руке. Выражение лица хмурое, брови сведены на переносице.

Хочется подойти, забрать бокал и отставить на столик. Сесть к нему на колени, разгладить рукой вертикальную складку, залегшую между сдвинутыми бровями. Поцеловать ресницы. Чтобы он расслабленно откинулся на спинку кресла и наблюдал за мной с неприкрытым удовольствием.

Разве это ещё возможно? Разве мы не все сожгли и уничтожили, и у нас может быть шанс?

Сеньор Хорхе наклоняется к Феликсу, что-то говорит. Мне не слышно, но при этом он смотрит на Демида. Тот поворачивает голову с таким же хмурым видом и коротко бросает ответ.

Феликс доливает в бокалы виски. Никакое у них не совещание. Судя по сдвинутым на край стола бумагам, возможно они и совещались, но теперь все свелось к банальной попойке.

У мужчин все как обычно. Ничего не меняется.

Судя по их виду, меня посвящать в свои планы сейчас никто не будет.

Делаю шаг назад, ещё один и снова оказываюсь в коридоре. Мне нужен Феликс, но я не стану выдергивать его сейчас из мужской компании подобно заскучавшей жене. Я подожду.

Прошу прислугу проводить меня до моей спальни. Когда остаюсь одна, выглядываю в коридор и пробираюсь в соседнюю комнату.

Это спальня Феликса. Мы с ним собирались изображать совместное проживание, поэтому должны были жить в смежных спальнях. Чтобы прислуга считала, что их дон навещает свою жену по настроению.