Книга Совратить недотрогу, страница 76 – Юлия Герман

Стоило мне снова ощутить его прикосновения, вдохнуть его запах, и меня повело. Не заметила, как сама потянулась к его губам, обхватывая ладонями колючие щеки. Языки встретились, смешивая слюну и вкус, тело отозвалось приятной тяжестью и расползающимся жаром.

Казалось, что вместе с его слюной ко мне в кровь впитывался наркотик, иначе почему я так подсела на поцелуи? И почему мне было мало?

Всосала его нижнюю губу, проведя по ней языком, и подалась сама ближе к Пете. Причины, по которым я не должна была сейчас это делать, размылись, оставляя лишь мое влечение к этому парню и голод по его рукам, губам.

Его губы это отдельная тема для размышлений насчет того, почему я готова поклоняться им. Перевозбужденное сердце толчками отправляло кровь по венам, а электрические разряды буквально выстреливали от места соприкосновения наших ртов и до всех тех частей тела, что до перехода нами с Петром запретной линии незаслуженно недооценивались мной. Соски затвердели, а между ног стало так жарко и влажно, что устыдилась реакции собственного тела.

Отпрянула от Петра, понимая, что с каждым разом наши поцелуи становятся все более провокационными.

— Мне пора, – прошептала ему в рот, потянувшись снова к его рту.

— Мы можем не расставаться, – шептал он, влажно скользя губами по щекам и подбородку, спускаясь к шее и ключицам..

Я же царапала его шею, сама понимая, что не хочу уходить.

— Пригласи меня в гости, Наташ, – соблазнял змей-искуситель.

И мне хотелось, боже, как мне хотелось пойти у него на поводу. Но затем я вспомнила, как выглядит моя квартира и его апартаменты, вспомнила, как впервые он смотрел на мой дом, и начала остывать. Не хочу видеть отвращение на его лице. Не в своем доме.

— Не сегодня, Петь, – отодвинулась подальше от блондина, поправляя худи и восстанавливая дыхание.

— Когда? – дотянулся до меня, поймав зубами мочку уха.

— Не знаю, – призналась честно.

Как бы сильно меня ни влекло к нему, но решиться на подобный шаг невероятно сложно.

— Не торопи меня, хорошо? – заглянула в его осоловевшие глаза.

Петя выпрямился, прикрывая глаза и тяжело дыша. И, только немного успокоившись, поднял веки, встретившись со мной взглядом.

— Я буду ждать, – абсолютно серьезно проговорил он. – Столько, сколько тебе будет нужно. Просто не закрывайся от меня. И тогда мы со всем справимся.

Пётр

— Привет, родной, – обняла меня Ника, положив голову на плечо, а я сжал ее руками до хруста.

— Привет, мамуль, – поцеловал в щеку.

— Дай посмотреть, какой ты у меня красавчик, – отодвинулась от меня, удерживая за плечи и на вытянутых руках рассматривая. – Все же забил шею? – усмехнулась она.

— Не удержался, – улыбнулся, ожидая подобную реакцию.

— А я говорила, что этим все закончится. Только на лице, прошу тебя, ничего не накалывай. Ты у меня такой красивый, не переживу, если изуродуешь себя, – снова обняла меня и поцеловала в щеку. – А раскачался как! – восхищенно вскрикнула она. – Соскучилась безумно!

— И я соскучился, – прикрыл глаза, наслаждаясь мамиными объятиями.

Мы так редко виделись последние годы, что каждый ее приезд становился настоящим событием для меня.

— Поехали, там обед стынет, – взял ее чемодан, окидывая внимательным взором, подмечая любые изменения во внешности. Ничего не заметив, облегченно выдохнул. Как всегда идеальна. – Шикарный загар, – приобнял ее за талию. Ника обняла меня в ответ, и мы направились к моей машине.