Книга Загнанная в силки, страница 77 – Юлия Герман

Стояли молча. У меня ком в горле встал и под ложечкой засосало, от того, что молчит, не реагирует. Я душу наизнанку вывернула, а он продолжает мучить меня тишиной.

— Ты наверное привык к признаниям в любви и влюбленным дурочкам, что вьются вокруг. Но для меня, все что происходит между нами – это все равно, что прыгнуть с обрыва в реку кишащую крокодилами. Знаю, что не выживу, но готова пожертвовать жизнью ради нескольких секунд полета и невероятного счастья. Рядом с тобой я лечу, Роберт.

Мужчина стянул перчатки с рук, отбрасывая их в сторону и осторожно убрав мои руки со своей талии повернулся ко мне лицом. Глаза потемнели. Зрачок слился с радужкой, ставшей угольно-черной. Лицо напряженное. Смотрит на меня сверху вниз, нависая огромной скалой. А у меня дух захватывает от того насколько он красив. Мужественнее его я никого не встречала. Сердце бьется, словно застряв в горле, а в животе воронкой закручивается вихрь, выжимая органы.

Роберт сосредоточенно смотрел на меня. Обхватил лицо ладонями, тяжело дыша.

— Не нужно говорить то чего нет, Ульяна? – произнес хрипло, с надрывом. – Я не тот с кем можно играть. Не выйдет, – гладил большими пальцами щеки, а на лице непроницаемая маска. Только пристальный взгляд и хаотичные движения пальцев, выдавали его волнение.

— Я не играю, Роберт. Не хотела этого. Не думала, что так выйдет. И мне страшно. Страшно, когда чувства безответны, – голос дрогнул.

— Глупая моя слепая девочка. Плевать мне на Ольгу и всех остальных. Взял тебя с собой в этот гребенный ресторан, потому, что каждую свободную секунду нужна рядом. Разве ты не видишь, что сразила меня? И не замечаю никого кроме тебя.

* * *

Эта ночь надолго останется в памяти, как жемчужина в коллекции счастливых моментов. В минуты глубокой грусти я буду доставать из дальнего чулана драгоценных минут эти воспоминания и упиваться прожитыми мгновениями. Признание Роберта окрылило меня. Подняло над землей, заставляя задыхаться от счастья. В меня будто вдохнули свежий поток сил, наполняющий каждую клеточку энергией и жаждой жизни. Вроде и не сказал ничего такого, а у меня ребра щемило от размеров выросшего до необъятных размером сердца. Будто после долгого блуждания в темноте я вышла к солнцу и меня объяло его лучами, его теплом, любовью. После длительного холода и тьмы, хотелось очутиться к нему как можно ближе, прикоснуться, стать его частью. И плевать, что может опалить и сжечь. Я хотела почувствовать его жар, хотя бы на мгновение.

Роберт брал меня прямо в тренажерном зале на матах. Брал страстно, жадно, ненасытно. Я плавилась в его руках, дрожала от каждого прикосновения, и рассыпалась на тысячу мелких осколков с мириадами звезд перед глазами. Ту ночь это был не просто секс, а нечто большее. Он сливался со мной воедино. Словно мы с мужчиной проживаем одни и те же эмоции. Мне даже казалось, что он сам подрагивал, касаясь меня. Таким трепетным он был. Шептал в порыве страсти:

— Ты моя! Моя! – и у меня сносило от этого пылкого шёпота крышу.

Кричала в ответ кончая:

— Твоя! Только твоя, – опадала в его руках, содрогаясь от удовольствия.

Позже, отдыхая в кровати, после душа и второго раунда, лежала на мужской, покрытой темными волосами груди, вычерчивая пальцем изгибы мускулов, расслабленная и счастливая, старалась запомнить каждую черту Роберта, каждую родинку. Те времена, когда я боялась не то что находиться в его близи, но даже опасалась посмотреть на него, теперь казались призрачным воспоминанием, в достоверности которых верилось с трудом. Теперь же я не могла глаз отвести от его словно высеченного из камня лица, от его пылающих глаз, от суровой мужской красоты. Рядом с ним сердце трепетало и по телу растекалась нега, превращая меня в безвольное желе. И больше всего мне хотелось, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось.