Книга Предатель. В Новый год без меня, страница 19 – Анна Риман

— Ты сумасшедший! Я вообще не обязана…

— Ты устала, — перебил он. — И я устал.

Он наконец повернул голову. Взгляд был короткий, не обвиняющий.

— Я всю ночь за рулём, Алина, — сказал он ровно. — Хочешь, чтобы я продолжал так ехать? Тогда давай, поедем дальше без остановки. Посмотрим, где я усну — на трассе или на повороте.

Я замолчала.

Слова застряли где-то в горле. Потому что он был прав, я и сама держалась только на злости и остатках силы воли.

— И что ты предлагаешь? — выдавила я.

— Переждать, — произнес он. — Час. Два. Пока я не начну видеть дорогу двойной.

— Переждать где? — я почувствовала, как внутри поднимается новая волна паники. — Здесь? Рядом с ним? Ты… ты хочешь, чтобы мы…

— Я хочу, чтобы ты успокоилась и не раздувала из всего трагедии, — отрезал он. И уже спокойнее добавил: — В соседнем комплексе. В пешей доступности. Но не здесь.

Он свернул с главной дороги на проселок. Лес уплотнился, деревья стали ближе к обочине, а снег чище, будто его никто не трогал. Впереди мелькнули редкие огни — еще одна череда домиков у озера.

— Мы были не здесь, — произнесла я, скорее себе, чем ему.

— Я могу отличить, — сухо бросил он.

Комплекс оказался больше — несколько строений, домики рядами, парковка, сторожка с веселыми огоньками на окнах. На воротах — табличка с красочным названием, праздничным, будто здесь уже встречали Новый год с шампанским и гирляндами.

Тимур остановился у администрации. Не подъехал близко — оставил машину чуть в стороне, так, чтобы видеть въезд и дорогу назад. Заглушил двигатель и секунду просто наблюдал, глядя в зеркало.

— Сиди, — велел мне.

— Я не…

— Сиди.

Он вышел.

Я осталась одна, с папкой на коленях и пустотой в груди. За окном еще было утро, но свет не приносил облегчения. Он только показывал, что всё это происходит наяву.

Тимур вернулся быстро. На лице — ни раздражения, ни удовлетворения.

— Почти всё забито, — заявил он. — Новый год.

— Я же говорила, — прошептала я, сама не понимая, чего я добиваюсь, чтобы он признал, что ошибся?

Он открыл дверцу, наклонился в салон.

— Остался один домик. Маленький.

— Отлично, — выдохнула я с горьким смешком. — И где я буду? В коридоре?

Он не ответил.

Мы вошли в администрацию вместе.

Внутри было тепло и пахло кофе с корицей. У окна стояла маленькая ёлка в пластиковом ведре, обмотанная гирляндой, которая мигала лениво, но весело. На стойке разместилась банка с мандаринами и табличка «С Новым годом!», написанная фломастером.

За стойкой сидела женщина лет сорока, в красном свитере с оленями. Лицо у нее было спокойное, но уставшее, как у человека, который за последние сутки принял слишком много гостей.

Она посмотрела на нас. Сначала на Тимура. Потом на меня. Задержалась взглядом дольше, чем нужно, будто сделала вывод не о брони, а о нас.

— Есть один домик, — подтвердила она. — Но сразу предупреждаю: маленький. Одна спальня. Двуспальная кровать. Дивана нет.

Я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось.

— Может, в соседнем комплексе? — добавила она, будто из вежливости. — Там дороже, но места еще есть. Я недавно отправила припозднившуюся компанию.

Тимур даже не повернул головы.

— Нет, — сказал он коротко.

Женщина кивнула, без удивления. Протянула ключ и бумажку.

— Тогда двадцать третий. И… — она замялась, — горячая вода есть, но бойлер небольшой. Долго не плескайтесь, — добавила уже мягче.