Книга Фронтир, страница 272 – Яков Литвинов

— Не могу.

— Ты без моего ведома пошел на штурм, учинил тут без меня бойню и не можешь мне ничего объяснить?

— Да, – перед глазами Луция бесконечно прокручивались сцены зверств, которые творили создания Валлерстайна. Их сила, скорость, свирепость, кровожадность, а страшнее всего – осмысленность и трезвость действий. У Черных Богов не было шанса. Их оружие и клыки их зверей не наносили вреда существам, даже если им чудом удавалось задеть их. Не больше тридцати порождений смогло расправиться с войсками, занявшими замок, без особых усилий с предельной жестокостью и скоростью.

— За одно только своеволие я как Аваддон могу тебя арестовать.

Луций не ответил, но про себя подумал: «И кто бы тогда без меня бесконечно тебя спасал?»

— Но на первый раз не буду. – Он еще раз осмотрелся по сторонам. – Поздравляю тебя, брат. Очередная чудесная победа Луция Нокса.

* * *

— Видите, милорд, всё было просто, – сказал Валлерстайн, заходя в покои Луция.

— До пугающего просто. Эти ваши порождения… Не могу понять, как я к ним отношусь.

— К ним следует относиться как к инструменту, коим они и являются. И ничего более.

— Это всё как-то неправильно…

— Неправильно топтаться на месте. Я же двигаю нас вперед.

— Тогда зачем вы скрыли их от Варго? Если дать их ему, то мы сможем отбить нападение.

— Бросьте, милорд. Он ведь даже командовать ими не сможет. И мы оба знаем, что ваш брат даже вполовину не так хорош, как все считают. Без вас не видал бы он своего титула Аваддона. И я боюсь представить, что вообще было бы с нашим королевством без вас.

— Вы не боитесь говорить мне такие вещи? Это ведь тянет на измену. – Луций кинул на него грозный взгляд.

— Не боюсь, милорд, потому что вы знаете, что я прав.

Луций замолчал ненадолго, пытаясь испепелить Валлерстайна взглядом, но быстро перестал:

— Да. Вы правы…

— Я верю в вас, милорд, не потому, что вы сын своего отца, а потому, что вы сын своей матери. Только ваша мать видела вещи так же, как вижу их я. И я никогда не сомневался, что так же увидите их и вы.

— И что нам делать дальше?

— Выиграть войну, что же еще.

— Вы же понимаете, что мы не сможем скрывать всё время ваши «инструменты»?

— Само собой. Но нам и нет нужды применять их постоянно. Лишь в особых случаях. Сегодня я лишь хотел обкатать их.

— И как по-вашему? Успешно?

— Более чем, – Валлерстайн улыбнулся. – Не забивайте голову, милорд. Обо всем позабочусь я. Уверен, вы и без них смогли бы взять замок и выиграть войну.

— Да. Только на войну я и годен…

— Вы снова переживаете из-за ваших вассалов в Круге Алчности?

— Само собой.

— Кстати, об этом. Гонец принес письмо из столицы для вас. Уверен, что там как раз про это. Вот, держите.

— И что там написано?

— Ну бросьте, милорд, я бы не стал читать ваши письма.

— Будто у вас и без этого нет ушей в столице.

— Конечно, есть.

— Так вы знаете, о чем письмо?

— Нет. Могу лишь догадываться, исходя из своего опыта… – Тон Валлерстайна резко сменился на невеселый.

Луций взял протянутое письмо. На сургуче был выдавлен герб его отца. Еще одной проблемой больше. Он бесцеремонно разорвал конверт и вытащил письмо. Закончив читать, он изорвал его в клочья и с криком пнул стоящий рядом стол, отчего тот опрокинулся. Графин и посуда с грохотом полетели по каменному полу.