Книга Лесная обитель, страница 61 – Мэрион Зиммер Брэдли

— Слыхала я об этом вашем Кинрике, – промолвила Кейлин, и Эйлан задумалась про себя: а сколь многое известно жрице? – Воистину, твоей сестре понадобится поддержка родни.

Той ночью с запада снова налетела гроза; Эйлан, проснувшись ночью, слышала, как она буйствует снаружи, точно дикий зверь. Когда настало утро, ураган все еще трепал и лохматил кроны деревьев. Но, хотя с крыши сорвало несколько пучков соломы, круглый домик только постанывал да содрогался под очередным порывом ветра, притом что более жесткий каркас этих шквалов не выдержал бы. Дождь по-прежнему лил как из ведра, но Кейлин, глядя на сплошную стену воды, довольно улыбалась.

— Ходят слухи о разбойниках с побережья, – объяснила она недоумевающей Эйлан. – Если дороги размоет, далеко в глубь острова они не доберутся.

— Разбойники? – испуганно откликнулась Майри. Но Кейлин повторять рассказ не стала: сказала только, что вслух упоминать о зле лишний раз не стоит, а не то как раз накликаешь. С наступлением вечера ветер понемногу улегся, но ливень стихать и не думал: повсюду плескалась вода, ручьи и колодцы переполнились. К счастью, в дровах недостатка не было – в сарае рядом с домом высилась полная поленница. Так что очень скоро в очаге весело загудел огонь, а Кейлин развернула небольшую арфу, которую носила при себе точно спеленутое дитя. Эйлан еще не доводилось видеть, чтобы женщина играла на арфе; в детстве ей здорово попадало, стоило ей только дотронуться до дедушкиного инструмента.

— Да, среди нас есть женщины-барды, это правда, – промолвила Кейлин, – хотя я-то играю только для собственного удовольствия. Думаю, Диэда тоже станет бардом.

— Я не удивлена, – промолвила Эйлан не без грусти. – Она чудесно поет.

— Ты завидуешь, дитя? Но ведь помимо музыки есть и другие дарования. – Жрица, задумчиво сдвинув брови, поглядела на Эйлан и словно бы пришла к какому-то решению.

— А ты знаешь, что ее выбрали по ошибке – вместо тебя?

Эйлан изумленно вскинула глаза, вспоминая, как в детстве часто играла в жрицу… Перед ее внутренним взором воскресло видение, что явилось ей, когда плащ Лианнон лег на плечи другой девушки.

— Ты разве никогда об этом не думала, маленькая?

Эйлан не ответила. Да, она так долго об этом мечтала, но потом она встретила Гая. Как она может быть избрана жрицей, если способна на такую сильную любовь к мужчине?

— Что ж, решать что-то прямо сейчас нет нужды, – улыбнулась Кейлин. – Поговорим об этом в следующий раз.

Эйлан неотрывно глядела на жрицу. Внезапно девушка словно бы обрела второе зрение: ясно, как наяву, Эйлан видела, как они вдвоем с Кейлин воздевают руки к небу, чествуя луну. Да, это, несомненно, они, никакой ошибки быть не может; вот только волосы у Кейлин не темные, но рыжие, и они с нею схожи как родные сестры, а ее собственное лицо – то самое, что она видела однажды в лесном озере. «Сестры… и больше, чем сестры. Женщины, и больше, чем женщины…» Эти слова донеслись до нее откуда-то из глубин памяти.

Но ведь она впервые заговорила с Кейлин только вчера! Однако – точно так же, как это было с Гаем, – потрясенной девушке внезапно померещилось, будто она знает эту жрицу от сотворения мира.

Кейлин села за арфу. Она играла уже долго, как вдруг Майри резко встала и вскрикнула, испуганно глядя вниз, на подол – по платью ее расползалось темное пятно. Остальные две удивленно подняли глаза.