Книга Владычица Авалона, страница 78 – Мэрион Зиммер Брэдли

В тот последний миг, когда ему казалось, что способность связно мыслить он уже утратил, он услышал, как она шепчет:

— Я – алтарь…

— …а я – жертва… – докончил Гавен, и вместе с этим ответом он наконец-то дал выход и мужской страсти, и божественной силе.

Бурлящий поток силы, умноженный через союз Бога и Богини, хлынул обратно через Тор. В свое основное русло эта река уже не вмещалась – и устремлялась по всем каналам, куда только могла прорваться, растекалась по малым лей-линиям, дабы благословить всю землю от края до края. Кейлин, ожидавшая снаружи каменного кольца, поняла: свершилось! – и со вздохом откинулась назад. Все прочие каждый по-своему почувствовали то, что произошло, и, просияв, вскочили на ноги. Размеренно рокочущие барабаны, не смолкавшие с тех пор, как Шианна шагнула в круг камней навстречу Гавену, вдруг словно взорвались торжествующим грохотом; в него вплелся ликующий возглас, затем еще один, и вот уже над холмом из конца в конец прокатилось радостное эхо.

— Бог соединился с Богиней, и Владыка – с Матерью-Землей, – возгласила Кейлин.

Громоподобные раскаты барабанов сменились развеселым танцевальным ритмом. Люди со смехом пустились в пляс. Все – даже самые дряхлые друиды – облегченно выдохнули. Мучительное напряжение схлынуло, а вместе с ним ушли усталость и внутренняя скованность – люди словно стряхнули с себя незримые путы. Все те, кто прежде наблюдали за танцем со стороны, задвигались в такт музыке. Совсем юная девушка из народа болот вытащила к костру Бранноса, и тот резво запрыгал и закружился в пляске: Кейлин думать не думала, что старик на такое способен!

Огонь уже угасал – тем жарче пылали угли. Вскоре танцующие уже обливались пóтом. К удивлению Кейлин, первой сбросила тунику одна из ее жриц, Лизанда; ее примеру тут же последовали прочие. Парень и девушка из народа болот, освободившись от опасно развевающихся одежд, соединили руки и прыгнули через костер – на счастье!

Глядя на них, Кейлин подумала, что вот уже много лет не видела столько радости на празднествах Белтайна. А возможно, что и никогда: ведь в Вернеметоне обрядам препятствовала боязнь вызвать неодобрение римлян, а здесь, на Авалоне жрицы пока что еще изучали обычаи и уклад земли. Но теперь все исправлено благодаря союзу сына друидов с дочерью народа Фаэри. Церемониями сегодняшнего дня останутся довольны все, решила она, любуясь неутомимыми танцорами.

Но никакая ночь, даже самая радостная, не длится вечно. Мужчины и женщины парами, по двое, уходили прочь, чтобы совершить свои собственные обряды на склоне холма. Все прочие завернулись в плащи и улеглись отсыпаться у костра – щедро воздав должное вересковому элю. Факелы тех, кто нес стражу у каменного круга, давным-давно догорели, но тень от самих камней надежно оберегала уединение тех двоих, что укрылись внутри.

Незадолго до рассвета молодежь отправилась срубить древо Белтайна и набрать зеленых веток, чтобы украсить строения у подножия Тора. Днем танцы в честь древа, ничуть не менее веселые, нежели ночные торжества у костров, отличались куда большей пристойностью: в этом празднике могли поучаствовать и непосвященные девушки, и малые дети, что с наступлением вечера на Тор не поднимались.

Кейлин, которая танцевала и пила меньше прочих и которая была привычна к ночным бдениям, досидела до самой зари, так и не стронувшись со своего тяжелого резного кресла у костра. Но едва рассвет разогнал ночные тени, усталость наконец-то взяла верх, и даже Верховная жрица забылась сном.