Книга Владычица Авалона, страница 206 – Мэрион Зиммер Брэдли

Владычица, уже облаченная в багряные одежды Матери, ждала в Большом доме вместе с прочими. Седовласая Елена, вся в черном, явно была выбрана на роль Старухи. В черном был и Нектан; алый наряд Талиесина ослеплял великолепием. Но белое платье Вивианы затмевало всех и вся. «Да мы же принца ждем», – вдруг осенило ее.

Вивиана ничего не услышала – но Ана обернулась и велела ей опустить покрывало. Вошел принц Вортимер, дрожа от холода в белой шерстяной тунике, одолженной у одного из друидов помладше. Он поклонился, не сводя взгляда с Владычицы Авалона.

«Боишься? Вот и правильно!» – улыбнулась под покрывалом Вивиана. Не говоря ни слова, Владычица повела их прочь из чертога. Уже шагая вверх по тропе к вершине Тора, девушка поняла, что ей тоже страшно.

Нынче ночью луна была еще совсем юна, ее лучезарный лук выгибался на запад; мир клонился к полуночи. «Она похожа на меня», – подумала Вивиана, завороженно глядя ввысь. Девушка поежилась; факелы, установленные по обе стороны от алтаря, струили мерцающий, неверный свет, но тепла не давали. Вивиана вдохнула поглубже, как ее учили, приказывая телу пренебречь стылой прохладой.

— Вортимер, сын Вортигерна, – Владычица говорила совсем тихо, но голос ее гулко разносился по всему кругу, – зачем ты пришел сюда?

Остальные двое жрецов вышли вперед, сопровождая принца, так, что он встал лицом к лицу с Владычицей по разные стороны алтарного камня. Со своего места за плечом матери Вивиана видела, как глаза его потрясенно расширились: он видел перед собою не невысокую смуглую женщину по имени Ана, но статную и величавую Верховную жрицу Авалона.

Вортимер судорожно сглотнул, но когда он заговорил, голос его почти не дрожал.

— Я пришел ради Британии. Хищные волки рвут ее тело, а христианские священники в бессилии своем твердят, что это наказание, посланное нам за грехи наши. Но в чем грешны малые дети, гибнущие в пожарах, или младенец, голову которого расшибли о камни? Я видел все эти злодеяния своими глазами, о Владычица, и в сердце моем пылает жажда мести. Я взываю к древним богам, к исконным защитникам моего народа, прося о помощи!

— Ты хорошо говоришь, но дары богов просто так не даются, – отвечала Верховная жрица. – Мы служим Великой Богине, она безымянна, и однако ж имен ее не счесть; она лишена формы, и однако ж с тысячью лиц. Если ты пришел посвятить свою жизнь служению Ей, может статься, Она и услышит твой зов.

— Моя мать воспитывалась здесь, на священном острове, и научила меня любить древние обычаи. Я готов отдать все, что потребуется, дабы заручиться благоволением Авалона.

— И даже жизнь? – Вперед вышла Елена. Вортимер снова сглотнул, но кивнул. Старуха рассмеялась сухим как прах смехом. – Однажды от тебя могут потребовать твою кровь, но еще не сегодня…

Настал черед Вивианы.

— Не кровь твою потребую я от тебя, но твою душу, – тихо произнесла она.

Вортимер обернулся к ней: горящий взгляд юноши едва не прожигал ее покрывало.

— Душа моя принадлежит тебе… – Он внезапно сморгнул. – Она всегда принадлежала тебе. Я помню… я уже приносил сию жертву прежде.

— Вручить должно и тело, и дух, – сурово произнесла Ана. – Если ты и впрямь того желаешь, алтарь ждет тебя.

Вортимер сбросил белую тунику и, нагой и дрожащий, простерся навзничь на холодном алтарном камне. «Невзирая на мои слова, он думает, мы собираемся его убить», – подумала про себя Вивиана. Сейчас юноша казался едва ли не малолетним подростком: Вивиана решила, что он старше ее всего-то на год-другой.