Книга Владычица Авалона, страница 148 – Мэрион Зиммер Брэдли

— Да, хочу. Христиане говорят, что никто не может служить двум господам^[28]. Вот и Караузию пришло время выбирать. – Аллект шагнул в открытые ворота и замер, глядя на море. – Когда развивается торговля, в выигрыше не одни только купцы. Ты, возможно, этого не видишь, но я-то знаю, откуда берутся деньги и куда уходят. А сейчас процветают все. Ты знаешь, что в храмах возносят молитвы за Караузия, как будто он уже император?.. Вот пусть им и станет на самом деле: именно такой правитель нам и нужен. Максимиан сам заставит его сделать выбор!

Аллект покачал головой, достал из мешочка на поясе восковые таблички и снова повернулся к рыбаку.

— Спроси его, сколько кораблей он видел и сколько на них людей. Спроси, когда они отчалили, – коротко перечислял он. – Если я не могу встать с мечом в руке рядом со своим командиром, я дам ему нечто более ценное – сведения, необходимые ему, чтобы спланировать битву, и флот, приведенный в состояние боевой готовности! Быстро – корабль, который повезет это послание, должен выйти с приливом!

Чтобы римляне – сражались с римлянами! От одной этой мысли по спине Телери пробежали мурашки. «Богиня, защити Караузия! – пристыженно взмолилась она, поймав жаркий взгляд Аллекта. – И прости мне мои сомнения! Сегодня я снова посмотрю в серебряную чашу. Может, и у Диэрны найдутся для меня новости!»

Рыбак переводил озадаченный взгляд с одного на другую, явно не понимая, что происходит. Телери перевела дух и принялась его расспрашивать.

Караузий стоял на юте «Ориона», подлаживаясь под мерные движения палубы: трирема^[29] со свернутыми парусами покачивалась на волнах. Нижнего ряда гребцов вполне хватало, чтобы удержать трирему на месте; остальные отдыхали. Остальные корабли выстроились тремя колоннами, за исключением одной юркой либурны: ее адмирал выслал вперед на поиски врага. Слева по носу зеленым расплывчатым пятном виднелась земля: на западе невысокие холмы и песчаные косы сменялись отвесными утесами. Казалось, тут, у побережья, царят тишь да гладь; но порою наперерез волнам шла полоса бурлящей воды, выдавая подводное течение.

«Орион», самый большой из кораблей под командованием Караузия, достроили за зиму; его исполинские размеры напоминали о громадных триремах древних дней; дерево сияло белизной в солнечных лучах. На носу высилась резная фигура: охотник целился в невидимого врага. Да, вполне римский образ; однако имя для корабля подсказала Диэрна. В созвездии с таким именем заключена великая сила, дарующая победу, уверяла Верховная жрица. А на корме в маленьком святилище пряталась статуя богини в шлеме, при щите и с копьем. Римские офицеры видели в ней Минерву, но и здесь без совета Верховной жрицы не обошлось: она велела Караузию молиться богине по имени Брига: ее чтили на Авалоне, на Девичьем острове.

— Госпожа, с тяжким сердцем взываю я к тебе, – пробормотал Караузий. – Я не хочу сражаться с Максимианом. Подай мне знак, укажи мне путь; а если битва неизбежна, то, ради храбрецов, что следуют за мною, взгляни на нас благосклонно и даруй нам победу.

Адмирал рассыпал на алтаре еще одну горсть ячменя и совершил возлияние, плеснув вина. Менекрат, поставленный капитаном на «Орионе», бросил на угли щепоть благовоний. Острый запах моря приятно смешивался со сладким ароматом ладана.