Книга Слёзы Цернунна, страница 144 – Ален Т. Пюиссегюр

На дне чаши была выгравирована звезда с пятью широкими лепестками. Ковен положил в чашу цветок-слезу. Цветок бесшумно исчез в языке голубого пламени, голубые отсветы заиграли по краям чаши.

«Нас приняли», –обрадовался Черномордик.

Несмотря на то, что на арке не было перекрытия, портал появился. Но он не имел ничего общего с тем, к чему привык Ковен. Перед ним колебалось чёрное полотнище, похожее на тончайшую вуаль.

«Неужели нужно шагнуть туда…» — засомневался Ковен.

«Иди, я всегда с тобой», –уверил его Черномордик.

Ковен чувствовал волшебство этого портала мурашками в каждой чешуйке. То же самое было с ним и в Заоблачных Высях.

Они вошли в портал и оказались в другой пещере. Она была гигантской по сравнению с той, которую они только что покинули. Ковен попытался рассмотреть её свод, но увидел наверху только слабое мерцание, и ему показалось, что над ним – сияющий звёздами свод небес. А может, это и вправду не пещера? Может, он стоит на крыше замка?

«Быть такого не может, –просигналил ему Зародыш. – Тогда бы вокруг бушевала снежная буря».

— Добро пожаловать на арену, – прозвенели звёзды.

Ковен почувствовал, что звук отдался во всём его теле.

— Ты пришёл потревожить Цернунна, но на самом деле Цернунн потревожит тебя. Таков путь учеников замка Каслкотц.

Одна звезда отделилась от темноты, тихо прочертила небо и упала вдалеке, брызнув осколками камня и подняв тучу пыли.

— Цернунн… – выдохнул Ковен.

Светящиеся рога и величественный хвост невозможно было не узнать с первого взгляда. Перед ним возник кот невероятной величины, Ковен никогда в жизни таких не видел. Он был гораздо крупнее Ксантоса. Фелид, древний предок всех кошачьих, так что не стоило удивляться. Юный кот подумал, что все изображения и все статуи Цернунна, которые он встречал, сильно преуменьшали его величину. Может быть, чтобы не пугать современных котов, которые почувствовали бы себя мышками рядом с ним?

Шерсть Цернунна была похожа на ночное небо со звёздами.

Черномордик прикоснулся к уху Ковена, привлекая его внимание, – оказалось, голубое свечение исходило от жаровен, расположенных вокруг арены, а за ними зияла пропасть, наполненная мраком. Голубоватый свет не мог осветить всю пещеру, но он высвечивал статуи древних котов.

— Подойди же ко мне, Ковен, – проговорил Цернунн, шумно дыша.

«Я не говорил ему, как меня зовут…»

Светящиеся глаза Цернунна искрились и ни на секунду не отпускали Ковена. Ковен чувствовал, что все его чешуйки вибрируют.

— Ты не такой, как другие. Много котов и кошек побывало здесь, но редко кто из них приходил с нашим даром.

— С нашим даром… – повторил Ковен, вспомнив, что ему говорил Фигаро.

— Чешуйки под твоей шерстью – знак древнего наследия. В незапамятные времена мы, фелиды, получили этот дар. А потом решили передать его в пользование кошачьего рода.

Ковен подумал, что Ириния, у которой тоже были чешуйки и которая стала главой ордена Благого Знания, тоже, наверное, побывала здесь в своё время. Интересно, сколько же всего котов с чешуйками проходили испытание в этой пещере?

— Оставь праздное любопытство, ты здесь не для этого. Ты знаешь, где находишься?

— Наверное, где-нибудь в Заоблачных Высях, – отважился предположить юный котик.

— Ничего подобного. Это совершенно иная страна. Иной уровень. Иное время. Это память.