Книга Тайны древних, страница 72 – Андрей Рымин

Какой? Тут вроде все очевидно – правый. Он и пологий, и северный, что важнее. В ту сторону как раз идти следует, чтобы у ведущего в Долину разлома оказаться. Но там их в первую очередь и будут искать. Значит, левый. Места над кручей ему хорошо знакомы – проходил тем лесом недавно. Осталось только подняться наверх, и тут вся надежда на руки.

Ногами-то Кабаз топал долго, а река несет быстро. Особенно когда веслами со всех сил помогаешь. Дальше берег пониже. Еще бы миль десять по темноте проплыть, и можно пробовать выбираться.

Руки заняты делом, а в голове хороводом летит туча мыслей. И как можно было быть таким дураком? Весь род людской раньше времени схоронил, а оно вона как. И Племя горькой участи избежало, и заречные кланы, поди, не все вырезаны, и какие-то могучие воины за северной стеной обнаружились. Получается, собратья его бились с зарбаговой поганью, не жалея себя, а он в это время на острове прятался. Позор! Всем позорам позор!

И ладно бы просто отсиживался. Сколько душ загубил! Чажаны – ну, этих не жалко, Лисек-мальчишка – по его недогляду, Инга… Любимую так вообще своими руками. Не видать ему Небес в посмертии. Только Бездна. И не эта, а та, что внизу – настоящая. Страдать там ему в вечных муках. Но сначала он дело доделает.

Кабаз за свою короткую жизнь уже так натерпелся и настрадался, что за себя переживал мало. Убьют джархи, сожрут чудища, потонет в реке – не велика потеря. Мамка его давно оплакала, а больше он на этом свете никому и не нужен. Себе так в первую очередь. Себя самого презирать – чертовски неприятное чувство. А месть больше не толкает вперед. Если бы не детишки, которых нужно домой довести во что бы то ни стало, тяжело было бы себя заставить дальше бороться. Да и боязно перед Великими предстать после всего, что успел натворить.

Боги. Если чуфыр тот парнишке не врал – а с чего ему врать? – Громовержец спустился на землю. Вот придет он к Яраду, тот спросит: «Как же ты так, Кабаз?». И что ему отвечать? В своей дурости каяться? Придется, коли судьба выведет из этой проклятой земли, по которой еще шагать и шагать. А пока думы горькие в сторону – и на весла, на весла.

* * *

Успели! В отблесках звезд зоркая Тиса смогла углядеть сход ручья в реку, что выточил в круче ступени, по которым легко можно взобраться наверх. Ребятня так и сделала, прихватив их пожитки, а Кабазу пришлось еще малость поплавать. Причем не только на лодке. Все та же девчонка – хорошо у малявки голова варит – подсказала, как чернюков обмануть.

Сам-то он думал затопить лодку, чтобы следов не осталось, а у Тисы план лучше – спрятать ее на той стороне в кушерях. Джархи найдут – решат, что беглецы там и высадились. Будут тот берег обшаривать, пока они по этому удирать станут. Должна выгореть хитрость. А травы-вонючки, что водных хищников отгоняет, у него еще много – хватит не один раз туда-обратно сплавать.

Когда Кабаз, проделав задуманное, выбрался на крутой южный берег, небо на востоке начало наливаться рассветом. Измученная детвора вовсю клевала носами, но спать он им не позволил. Только отойдя от реки на добрый десяток миль, дал добро на привал – в их случае дневку. Выбрали дерево, где все трое поместятся в кроне и, забравшись повыше, залегли бесшумными незаметными рысями. Кабаз лично по очереди привязал лозой Рюка и Тису. Не дай Ярад, свалятся.