Книга Плохая война, страница 89 – Борис Конофальский

Но теперь прямо перед Волковым, у ступеней, стоял отдельный стол, за который никого не сажали, он и покрыт был не скатертью белой, как прочие столы, а хорошим сукном.

Волков есть не хотел, с завтрака еще не проголодался, только отпивал вино понемногу. А вот у Элеоноры Августы вдруг разыгрался аппетит, она отламывала куски от хлебов и жадно ела их без мяса, сыра или соуса. Кавалер косился на жену с удивлением, и, кажется, он такой был не один.

— Госпожа моя, может, дождетесь блюд, к чему есть один хлеб? – тихо сказал он ей.

— Не могу сдержаться, – отвечала жена, – уж очень хорош здесь хлеб. Надо бы для нашей Марии выведать рецепт, хочу и дома такой хлеб печь.

Волков на всякий случай отломил себе кусочек хлеба, попробовал. Хлеб как хлеб, хороший, из хорошей пшеницы, жирный, с маслом, чуть сладкий, но ничего необычного. А жена продолжала его есть.

И тут он снова увидал Бригитт среди господ. Снова она сидела между Брюнхвальдом и фон Клаузевицем. Черт бы побрал этого красавца. И кавалер с неудовольствием вспомнил вчерашний их разговор. И ее наглость, и смешки из-за двери. Он повернулся к бургомистру.

— Там, на улице, я видал удивительную карету, она со стеклами и, кажется, с мягкими креслами внутри, а не с лавками.

— Да, это наш каретный мастер Бихлер делает такие, одну из его карет купила сама герцогиня.

— Герцогиня? – с уважением переспросил Волков.

— Да-да, ее высочество ездит в такой же карете. На них сейчас большой спрос. Господа в очередь стоят за такими каретами.

— Вот как? – Волков на секунду задумался и потом продолжил: – Вы, кажется, хотели подарить мне коня?

— Великолепного коня, – важно подтвердил первый консул города Малена господин Виллегунд.

— А нельзя ли вместо коня подарить мне такую карету?

Важность тут же слетела с лица бургомистра, в его лице появилось напряжение. Кавалер понял природу оного и сразу добавил:

— Разницу между стоимостью коня и стоимостью кареты я доплачу.

Эти его слова изменили настрой бургомистра.

— Сейчас я все выясню, – сказал он и встал из-за стола.

А Волков снова стал смотреть то на жену, как та ест хлеб, то на красавицу Бригитт, как та болтает с его офицерами. Он хотел поговорить с епископом о будущей свадьбе племянницы, но старик, кажется, устал и дремал в кресле.

А тут и первые блюда понесли. Уже поставили перед кавалером блюдо с котлетами на кости из ягненка, он уже взял себе одну, хотя все еще не хотел есть, как вернулся бургомистр. Он улыбался, и Волков сразу понял, что несет бургомистр вести добрые.

— У Бихлера как раз есть готовая карета, заказчик не внес за нее деньги вовремя, и Бихлер готов уступить ее нам.

— Отлично, – обрадовался Волков.

— Совет города выделил на подарок для вас сто восемьдесят талеров…

«Ах, какой это должен был быть конь, раз он стоит такую гору серебра!»

— …так что вам придется доплатить всего сто шестьдесят монет, – закончил господин Виллегунд.

«Сто шестьдесят! Всего!» Сумма была огромной, но Волков вида не показал.

— Конечно. И что же, карету я смогу забрать сегодня?

— Да-да, – кивал бургомистр. – Ее доставят на площадь к ратуше. Бихлер распорядится.

— Я благодарен вам, господин первый консул, – улыбался Волков.

— Рад услужить вам, кавалер, – улыбался ему в ответ бургомистр.

И тут оглушительно взревели трубы, ревели они прямо в здании ратуши.