Книга Божьим промыслом, страница 106 – Борис Конофальский

— Как только я понадоблюсь Его Высочеству, пришлите за мной.

Тут Фезенклевер уже удивился:

— Вы не собираетесь подождать, пока Его Высочество освободится и примет вас?

Да, именно этого он делать не собирался.

— Я буду здесь рядом, в таверне «Шесть хвостов». Хочу привести себя в порядок, прежде чем предстану перед герцогом.

Весь вид канцлера так и говорил ему: вы уверены, вы понимаете, что делаете? Этот поступок весьма необдуманный, и если герцог вас не принимает, лучше быть в его приёмном зале и ждать, пока вас удостоят чести. А уйти сразу после отказа – так то будет шаг весьма независимый и дерзкий.

Но генерал и сам понимал всё это. Он знал, что делал. И знал, что будет делать впредь. Поэтому продолжил:

— Если Его Высочество найдёт для меня время, я тут же явлюсь по его желанию.

Сел на коня и уехал, зная, что его враги будут радоваться такому его поведению. Но теперь, после того как он сорвал наступление еретиков на Фёренбург и его статус при дворе должен был заметно подрасти, он мог себе это позволить. Тем более, что среди генералов и офицеров герцогства и ближайших земель, как и среди солдат, его авторитет теперь был очень высок. В этом он не сомневался. Ещё бы, много ли наберётся в мире людей, которые могли утереть нос прославленному вождю еретиков ван дер Пильсу! Вот то-то и оно, что таких было… по пальцам одной руки перечесть. И он был среди них.

Так он и уехал из резиденции курфюрста и остановился на постоялом дворе «Шесть хвостов». То была самая большая и богатая таверна рядом с замком. И ему встала в копеечку оплата номеров для офицеров и выезда, пришлось раскошелиться и на конюшню, и на стол для офицеров. Но искать что-то дешевле барону не хотелось. Гостиница славилась расторопной прислугой, отменной кухней и чистотой, также отсутствием клопов и, что было важно, хорошими конюхами. Как только он въехал в номер, так просил для себя ванну. Тут всё было недёшево, но генерал сейчас не считал денег. Он рассчитывал, что герцог покроет хотя бы эти мелкие его траты. Фёренбург того стоил.

Пока ванна готовилась, а он с офицерами в отдельном обеденном зале пил вино и ел сыры, к нему опять пришёл, как это ни странно, первый магистр города Крамер. Волков встретил его и даже предложил вина, от которого тот вежливо отказался. И тогда генерал спросил магистра с усмешкой:

— А сейчас с каким повелением вы пришли? Может, нам вести себя потише? Может, мы слишком шумим в трактире?

И опять Крамер чувствовал себя неловко, поначалу мялся, но потом овладел собой, подошёл к генералу поближе и тихо заговорил:

— Вчера от графини, – слово «графини» он произнёс с большой значимостью и видимым уважением, – приходили люди, говорили насчёт пира и бала в ратуше, обещали залог, но залога не внесли.

— Так вам нужны деньги? – догадался генерал.

Но первый магистр города Вильбурга вдруг ответил:

— Наоборот.

— Наоборот? – не понял Волков. – Что значит наоборот?

— К сожалению, пир в ратуше приказано… – Крамер помялся, – не дозволять, и раз уж задаток не был дан заранее, то теперь он, получается, и не нужен.

Барон же пропустил всю эту ерунду про задаток, это его вообще не интересовало, и спросил лишь:

— И кто же это приказал вам не дозволять мне пировать в ратуше?

И опять магистр мялся, не хотел говорить, подлец, кто ему это приказал. И тогда генерал и говорит ему, уже не скрывая своего раздражения: