Книга Божьим промыслом. Стремена и шпоры, страница 130 – Борис Конофальский

— Не бойтесь, — поддержал генерала капитан, — как только ворота откроются, дальше я сам.

Нейман был высоким и широкоплечим человеком, даже сейчас, без доспехов и оружия в руках, он выглядел как человек опасный. И Кохнер всхлипнул в ответ. А генерал сказал на это:

— Друг мой, не волнуйтесь, если дело выгорит, то я дам вам пятьдесят монет.

— А если не выгорит, меня… меня повесят, наверное, — снова всхлипнул толстяк.

— Нет-нет, не повесят, я заберу вас с собой в Вильбург, — обещал ему генерал.

— Как всё это плохо…, — морщился и едва не плакал Кохнер, — я же хотел по-другому… Я не так думал…

— Хватит, — вдруг весьма резко произнёс Нейман, — хватит вам скулить, вы же офицер, а то заплачьте ещё, как баба! Сказано вам делать дело, так делайте, уж понятно должно быть вам, что обратной дороги у вас уже нет. Так и идите вперед без всяких раздумий, до конца, а ещё верьте в генерала, его Господь ведёт, и посему он поражений до сих пор не ведал.

Тут толстяк перестал причитать и взглянул на Волкова: неужто и вправду вас Господь ведёт. И Волков покивал в ответ на его взгляд: ведёт Господь, ведёт. А потом и сказал:

— Ну, вы тут пообщайтесь, а я пойду отдам распоряжения.

И, оставив их, пошёл к столу и с другими офицерами стал готовиться к делу; глядя в карту, стал говорить.

— Майор Дорфус, вы с ротмистром Юнгером и его людьми пройдёте весь путь до самой цитадели. Только тихо.

— Что смотреть? — сразу спросил майор.

— Я не хочу угодить в засаду, не хочу, чтобы… ну, к примеру, вот тут, — Волков ткнул пальцем в карту, — мне перекрыли улицу и зажали колонну тут, меж больших домов, на которых можно рассадить арбалетчиков. Поезжайте и посмотрите переулки и проулки, нет ли в них вооружённых людей. Поезжайте, как только будут оседланы лошади.

— Как вам будет угодно, — сразу ответил Дорфус, и они с Юнкером тотчас ушли.

— Рене!

— Да, генерал. — отозвался полковник.

— Сто человек пехоты. Отберёте народ сами, но из рот Лаубе никого не берите, люди Лаубе остаются все тут.

— Да, генерал, — отзывался полковник.

— Полковник Роха.

— Я тут.

— Шестьдесят мушкетёров идут со мной.

— Ясно. Пошлю с ними капитана Вилли.

— Да, так и сделайте. Ротмистр Кальб!

— Да, генерал.

— Десять своих людей оставите в расположении полковника Брюнхвальда, а с остальными своими людьми идите с мной.

— Как пожелаете, господин генерал, — отвечал командир арбалетчиков.

— Полковник Брюнхвальд, прошу вас всем уходящим выдать хлеба и сыра на день с собой.

— Конечно, генерал.

— Господа, — Волков оглядел офицеров. — Ваши люди должны быть готовы выйти, как только вернётся майор Дорфус.

Офицеры стали расходиться. А к нему подошёл Хенрик и напомнил:

— Господин генерал, если вы на дело решитесь, надобно нам кого-то на квартиру послать, доспех-то ваш там.

— Дьявол! — выругался барон.

Так и было, доспех он возил в ящиках при карете. И карета, и доспех, и пара его хороших коней теперь находились в доме на улице Жаворонков.

— Может, послать за доспехом фон Флюгена? — предложил Хенрик.

Волков взглянул на юношу, у которого и у самого доспехи остались в доме, и покачал головой.

— Нет. Ночь, горожане что-то затевают, мало ли встретят его где в переулке. Пусть тут сидит, а я попрошу что-нибудь у полковника Брюнхвальда, — отвечал генерал и тут же вспомнил, что у его старого товарища доспехи все… очень уж просты — крепки, тяжелы, но не изысканы, — и он тут же поправился: — у прапорщика Брюнхвальда.