Книга Божьим промыслом. Принцессы и замки, страница 53 – Борис Конофальский

— Вот, дядюшка, как вырос ваш племянник вы его с лета не видели. Мальчик с удивительным, недетским достоинством поклонился сначала хозяевам дома:

— Добрая госпожа Клара, добрый господин Кёршнер.

Хозяева кланялись ему в ответ. И тогда он со всё той же недетской серьёзностью поклонился Волкову:

— Господин барон! Дядюшка, наслышан я про ваши новые, необыкновенные победы. Надеюсь услышать от вас про них.

Это был маленький мальчик, но и на хозяев дома, и на самого «дядюшку» абсолютно взрослое поведение, абсолютно взрослая речь и взрослый тон ребёнка произвели огромное впечатление.

— Боже мой! Истинный граф! Истинный! — воскликнула Клара Кёршнер, в восхищении складывая руки в молитвенном жесте.

Барон и сам был поражён теми разительными переменами, что произошли с ребёнком за год, наверное, что он его не видел. Он бегло взглянул на мать мальчика, а та просто цвела. Она упивалась удивлённым восхищением Кёршнеров и барона, которые по достоинству оценили её чадо, её «произведение». Женщина гордилась своим сыном, и эта гордость светилась на её лице. Волков же наклонился к мальчику и стал брать его на руки.

— Дозвольте-ка, граф, я разгляжу вас получше.

— Конечно, дядюшка, давайте обнимемся, вы меня уже давно не обнимали, — рассудительно произнёс маленький граф.

Волков сам расцвёл от удовольствия и гордости не меньше самой графини, когда поднял ребёнка, а маленький Георг Иероним совсем не испугался его, а спокойно положил руку на плечо огромного и знаменитого «дяди». Генерал не удержался и поцеловал его в розовую щёку.

И вдруг, всплеснув руками, Клара Кёршнер воскликнула:

— Господи! Одно лицо! — и добавила, глядя на супруга: — Поглядите, Дитмар, у графа и барона одно лицо.

— Истинно так! — удивлялся и хозяин дома. — Видно, кровь Эшбахтов возобладала над кровью Маленов.

Тут генерал даже немного растерялся, он взглянул на Брунхильду и по её выражению лица понял, что и она растеряна; красавица смотрит то на Волкова, то на своего сына и притом говорит с некотором сомнением или замешательством:

— Что ж сказать, сходство какое-то есть, но к чему тут удивляться, они же дядя и племянник.

— Одна кровь, — продолжала восхищаться госпожа хозяйка дома. — Всякому то будет заметно, едва он посмотрит на господина графа и господина барона.

А Волков, уже переборов секундную растерянность, говорил мальчику с улыбкой:

— Вот видите, граф, всякому человеку заметно наше родство.

А мальчик с продолжающим удивлять взрослых благоразумием отвечает генералу:

— Родство с вами, дядюшка, всякому честь.

Волков, посмеиваясь, отпускает графа с рук и продолжает разговаривать с мальчиком:

— А знакомы ли вы со своей кузиной Урсулой Вильгельминой?

— Нет, — признался мальчик. — не знаком. А кузина она мне по какой линии?

— Это трудно объяснить, — говорит графу матушка. — Я вам потом объясню её родство с вами.

— Ну что ж, я готов с нею познакомиться. А она уже взрослая? — спрашивает мальчик.

— Урсула Вильгельмина немного младше вашего будет, и пора вам познакомиться, она дожидается вас в своих покоях, — сказал «племяннику» «дядя».

Он, может, и хотел побыть с мальчиком, так как ему тот показался не по годам умным. Но после того, как Кёршнеры заметили его сходство с мальчиком, барон не желал находиться с ним в одном помещении на глазах чужих людей.