Книга Божьим промыслом. Принцессы и замки, страница 170 – Борис Конофальский

— А что… — отвечал Хенрик, особо и не раздумывая. — И попробовал бы. Надо же начинать когда-то.

«Начинать когда-то… Вот, кажется, так вот… Наш Рудольф Хенрик, кажется, вырос из оруженосцев. Думает, что если поведёт людей на штурм замка, то звание ротмистра у него в кармане».

Волков глядит на Мильке.

— А что, капитан, можно там влезть на стену? Ну, чтобы, не дожидаясь пушек?

— Да, можно, — отвечает Мильке, чем радует Хенрика. — Стены там не очень высоки, саженей пять-шесть в самом высоком месте, а все рвы давно заросли, к стенам можно легко подойти. Десять лестниц… — капитан на пару секунд задумывается. — И если офицер будет дерзок, сержанты опытны, а солдаты не трусливы, ста человек на штурм может и хватить.

Волков послушал Мильке, потом посмотрел на Хенрика, покивал задумчиво головой:

— Так, ну, с замком понятно. А что у нас с дорогами?

— Вот, — Мильке стал выкладывать новые листы. — После перевала дорога будет хорошей до самого Ольдента и пойдёт вниз. Мимо прекрасного Эдденбурга — его будет видно с гор — вниз в Эдденскую долину. Вот тут, у Кобенхауза, знаменитый мост святого Антония через реку Пертизау, и всё, до самого Чёрного моста, что возле Швацца, мостов более не будет, но нам на Швацц идти не нужно, мы к мосту святого Антония не идём, а вот тут, у Кобенхауза, сворачиваем на юго-запад, но не на Туллинген, а берём чуть южнее, тут есть тихое ущелье, оно зовётся Пастушьей дорогой, и по ней мы идём… На… — он снова водит пальцем. — Вот сюда, на Цирль. Эта дорога не так хороша, как та, что тянется к Шваццу, но она всё время идёт под уклон… Вниз, всё время вниз, и так до самой западной дороги… И на этом Пастушьем пути мы даже с пушками выгадаем два дня. Тем более что там много меньше всяких встречных телег будет, ведь в горку никто ездить не любит. А оттуда… — он показал следующий лист. — Вот, дальше западная дорога ведёт через Цирль. А там… Там всё, как в сказке.

— Да, — поддакивает майору оруженосец, — а там вокруг Цирля такая красота, такие поля вокруг пшеничные, каждый лоскуток вспахан, и виноградники на каждом холме. И сады. И пасеки.

— Да, и пасеки повсюду, — поддерживает его Мильке, — И дорога там отличная, каменистая и утоптанная, и вот по ней-то, по этой Цирльской долине, мы быстро, дня за два, докатим пушки до самого ущелья Тельвис. А вот уже там снова начинается подъем в горы. Там только вверх. От Цирльской долины до замка придётся тащить пушки дня три, не меньше.

— Да, и в одном месте там подъём будет крут, — добавляет Хенрик, — думается мне, что лучше бы нам завести по две сменных упряжки лошадей на каждое орудие.

— Хорошая мысль, — говорит генерал, не отрывая глаз от листов с дорогами. — Капитан, а карт местных вы не купили?

— Там, где мы останавливались, и магазинов таких не бывает, а Швацц мы проехали даже не рядом, он далеко за рекой остался. А Туллинген… ну, так мы его только с дороги и видели. Я решил не тратить время, сначала думал, заеду на обратном пути, а когда ехал обратно, всё боялся не поспеть к вам навстречу и разминуться с вами, вот в Туллинген и не заехал.

— Туллинген, — припоминал Волков. — Я там не был, но служили со мной товарищи из этого города, хвалилась они, что он красив. И рассказывали, что богат.

— Не знаю насчёт красоты и богатства, но городишко на вид немаленький, — замечает Хенрик.