Книга Во сне и наяву, страница 167 – Борис Конофальский

Нафиса пришла пораньше, чтобы Светлана смогла сходить за близнецами в детский сад. А в этот вечер они как с цепи сорвались.

Воспитательница на них пожаловалась, сказала, что дрались и обзывали других детей. Светлана стала проводить расследование по пути домой, и все прояснилось. Затевал, как всегда, все Максим, а Колька выступал в роли исполнителя. Чувствуя неприятности и зная, что сестра им дома устроит, может ведь и от компьютера отлучить, братья стали переругиваться, спихивая вину друг на друга, потом все перешло к обзывательствам. Это тоже было делом привычным, ну а дальше по обычной братской программе, Колька, шедший слева от Светланы, чуть притормозил, забежал сзади и пнул Макса. Макс кинулся мстить, и это как раз тогда, когда они шли через детскую площадку, на которой было много детей и мам. Два балбеса не могли потерпеть до дома и затеяли драку прямо на улице. Света разозлилась, схватила одного за руку, другого за руку, хотела их развести, но вместо этого подняла обоих в воздух, говоря сквозь зубы:

— А ну-ка… прекратили быстро, получите дома оба!

— Отпусти! – заверещал Колька больше от обиды, чем от боли.

— Успокоился, я сказала, – шипела Света, – дома я с вами поговорю еще.

Хотела обоим под зад дать, но постеснялась, и так мамаши смотрели на них. Опустила братьев на землю и поняла, что держала каждого в руке и даже не чувствовала тяжести, будто несла два пакета туалетной бумаги. А на самом-то деле они ребята не тощие, каждый килограммов двадцать с лишним.

Она напрягла мышцы под одеждой и незаметно попробовала свои руки выше локтя. Да, у нее были хорошие мышцы, с такими хоть в десятиборье записывайся. При этом она полна сил и энергии, прекрасно себя чувствовала, и случись сейчас соревнования, она бы прямо с места пробежала и сто метров, и четыреста, и десять тысяч.

Осознание крутой спортивной формы отвлекло ее от неприятных мыслей, и в этот вечер тучи, сгущавшиеся над головами Кольки и Макса, прошли стороной, и братья благополучно засели за компьютер. А девочка не могла понять, как и когда набрала и вес, и силу, ведь она почти не тренировалась, а если и бегала, то только для того, чтобы форму поддерживать. А тут вон как все. Может, это возрастное? А еще у нее голова шла кругом, столько событий, столько происшествий. Ее переполняли мысли, эмоции, доставали сомнения. Но ей не с кем было всем этим поделиться. Папе лучше вообще ничего не говорить. А кому? Отцу Серафиму? Ну, может быть. Лю? Да, с Лю она многим могла поделиться, но Любопытный там, а не здесь. Кстати, нужно будет у него обязательно спросить, почему Аглая считает ее злом. И кто эта женщина, которую Аглая назвала «гнилой». Хотя откуда ему знать? Он, конечно, умный, но… Светлана взяла телефон.

Опять близнецы ругаются, Нафиса пошла на кухню за чаем. А Светлана стала прокручивать список абонентов, впрочем, он был у нее не такой и большой.

«Пахомов». Нажать? Не нажать? Она не решалась. А что она ему скажет? «Привет, Пахомов, как твои ребра? Кто тебя избил? А знаешь, я стала сильной и в следующий раз смогу заступиться за тебя. А еще меня называет злом одна баба из моих снов, ну, не то чтобы из снов, ты не подумай, она и в реале существует, она же грозится меня убить при первой возможности. Как ты думаешь, мне взять на нее заказ? За нее мне обещают одну крутую фигню, которую очень хочет получить мой воображаемый друг из какого-то не нашего времени или еще там откуда-то».