Книга Во сне и наяву, страница 102 – Борис Конофальский

В общем, надо бежать. Бежать, бежать.

Конечно, она успела, пробежала дом попугаев до того, как туман рассеялся. По дороге с удовольствием поддела башмаком обнаглевшего, кинувшегося ей наперерез крикуна. Тот оглушительно заверещал, улетая в туман, а его собратья на ее пути не появились. Дальше туман таял, но попугаи уже остались за спиной. Вскоре она была уже около темной махины Ленсовета, оббегала большое поле серебряного мха, увидела голого человека, он присел на корточки возле вялого и пустого стебля фикуса. Мужик на нее взглянул, но даже не попытался преследовать. А она побежала дальше. На том же месте, на тех же развалинах, увидела копошащегося муходеда – он попытался поспешить к ней, но Света улизнула. Уже подбегала к розовой Чесменской церкви, двери которой были все так же призывно распахнуты. А вот и улица Гастелло. Она «дома». Тут девочка чувствовала себя куда спокойнее, чем где-либо еще.

На заборе все еще висели тела двух мальчиков. Вернее, одно обгрызенное тело и одно… Даже и не понять теперь, на что это было похоже. Светлана, по глупости своей, постаралась рассмотреть, что осталось. Ой, лучше бы не смотрела, ни рук, ни ног уже не было, голову объели полностью, теперь серел только обглоданный череп, живот тоже изъели, из него начали вываливаться распутавшиеся из-за жары внутренности… И все это шевелилось. Точнее, шевелились на протухшем мясе сотни черных жуков-кусак. Девочка вспомнила, как она ползали по ней, как ее кусали, так ее чуть не стошнило. Бе-е… Противные твари! Зачем она только на это смотрела? Света отвернулась и быстренько, большими шагами, преодолела мох и скрылась за тяжелой дверью депошки.

Лю был очень рад. Светлана подумала, что он будет спрашивать, мол, почему банка не полная, но, кажется, голос на такую мелочь не обратил внимания.

— Это впечатляющий акт взаимопомощи, признаться, я даже не знаю, чем смогу ответить вам, человек Светлана-Света, – говорил он, когда девочка достала из рюкзака все еще горячую банку с черной крупной пылью.

— Ну… Вы мне тоже как-нибудь поможете, Лю, – сказала девочка.

— Готов, но не знаю, что мне нужно будет сделать, чтобы мое действие было равноценным вашему. Судя по всему, вы даже не понимаете, какую большую услугу вы мне оказали.

— Ну… – Светлана и вправду не знала. – Ну, вы проводите меня к этим… как их… ну, которые меня сюда… приглашают, переносят.

— Приглашают, переносят? К сиренам, – догадался Лю.

— Да, к ним.

— Это не может быть моей ответной услугой, так как я сам очень хотел бы увидать этих существ, – ответил Лю. – Так что подобное путешествие для меня так же важно, как и для вас, Светлана-Света.

— Это что… эти сирены и вас сюда привлекают? – удивилась девочка.

— Нет, я здесь исключительно по своему выбору. Меня интересует один вопрос относительно сирен. Если поток времени и можно искривить и замедлить, то для этого требуются огромные тела, с гигантскими массами и с астрономическими гравитациями.

«О, ну начал…» – думала девочка, но перебивать будущего попутчика не решалась.

— Как в таком случае, – продолжал Лю, – какие-то незначительные существа могут создавать импульс, который в корне нарушает незыблемые временные величины, как они производят импульс, требующий гигантских энергий? Или у них есть какие-то иные механизмы? Тогда каковы они?