Книга Безродыш. Предземье, страница 71 – Андрей Рымин

Зачем было заниматься своей древесной гимнастикой здесь? Хочешь дополнительно развивать ловкость — делай это на другом берегу, подальше от чужих глаз. Один кто-то заметил, другим рассказал — встречай нежелательных гостей. Детвора знала, когда и где ловить своего любимого мальчика для битья.

Впрочем, сегодня Кит этот статус утратил. Теперь он экзаменатор, через которого Санос последовательно пропустит всю свою шайку, если носитель и дальше решит не проигрывать в схватках. А он точно решит. Он попробовал силу на вкус, насладился победой. Куда двенадцатилетнему пареньку тягаться с таким мощным наркотиком? Боюсь, даже рыжий сын старосты лишился отныне защиты. Сила пьянит, сила манит, влечёт.

Кит не удержится, начнёт мне помогать, поглощая бобы. Я очень на это надеюсь.

Нора! Нора в Бездну! Ещё одна…

Вот, что значит шататься по диким местам, где до тебя человеческой ноги не ступало. Они ведь редко в людных местах появляются, да и долго там не висят. Даже на самые сложные, чёрные, всегда шальные герои найдутся, что полезут туда, наплевав на опасность. Смертельную почти наверняка. Из чёрных мало кто возвращается. А тут нора белая, самая лёгкая — на такие желающих тьма.

Сам бы мог в белую от безысходности прыгнуть, хоть и нет в таких норах дара Бездны наградой. Семя жизни — а больше одного, говорят, из белой не вынести — да и даже бобы троероста — тоже ценность немалая. Только вот туша свинобыка до сих пор перед глазами встаёт, стоит на туманную воронку взглянуть. Да и дела мои нынешние безысходностью даже не пахнут. Наоборот, всё удачно идёт — лису крупную взял вчера. Бобом ловкости в тайнике стало больше.

В общем, место приметил — справа от одной из звериных тропинок висит в паре сотен шагов от берега. Больше в эту часть острова ни ногой. Не дай Единый, пугнёт меня хищник какой, когда буду поблизости. Заскочу ещё случайно в нору, без разбора дороги тикая. А жаль. Удачное место для силка приглядел недалече отсюда. Не буду рисковать, другое найду. Благо Дикие земли огромны.

Излазил уже берег в обе стороны от и до. Только время, потребное на дорогу туда и обратоно и сдерживает. Наглеть начал, глубже соваться. Большая часть хищников ночью охотится. По дню натолкнуться на крупного зверя шанс невелик. Если, конечно, то не с копытами зверь, травоядный. Эти бродят открыто.

Вчера, например, лося издали видел. Сажени полторы в холке. Рога в размахе все две. С такими не разбежаться — цеплять ветки будешь. Величественно шагает по лесу, словно ожившее дерево. Не знаю, где у него водопой, но тут к берегу этот лось не подойдёт точно. Растительность больно густа для него. Свалить бы такого, да, боюсь, даже мой самострел не пробьёт его шкуру. И ранить не смогу, не то, что убить. Мне бы всё-таки помельче добычу.

Поставил в итоге ловушку почти возле самого берега. От воды шагов тридцать всего. Кусты, дерево с нависающей веткой, ондатра у колышка — всё по науке. Завтра посмотрим, кто попадётся.

* * *

— Не трожь его пока. Пусть пообвыкнется. Похлёбку с лепёшкой умял — знак хороший. А то, что молчит… Ты к нам тоже таким попал в своё время. Отойдёт. Хотя, он помладше. Годов шесть от силы.

Время лечит — по себе знаю. Сколько уже через Маргу таких горемык, как я и этот новенький малыш, прошло без понятия, но точно немало. Бабка же к сироткам приставлена ещё с той поры, когда молодой была. Сама из сирот и бездетная, отчего муж погнал в своё время. Раз говорит, что отойдёт малый, значит наверняка отойдёт.