Книга Соль и Грезы, страница 222 – Алекс Анжело

Регис скорчил гримасу, без слов сообщающую, что он думает о младшем Роке. После – закатил глаза и устремил взгляд перед собой. На боках его лошади покачивались две объёмные сумки с инструментами и лекарствами. Он был единственным, кому позволили взять так много вещей. И то – после отчаянной истерики врачевателя и его неоспоримого аргумента:

— Если я не спасу кого-нибудь из вас из-за отсутствия у меня под рукой нужного средства, то виноват будет он сам!

— Сомневаюсь, что мертвеца будет мучить чувство вины, – цинично бросила Флёр, присутствовавшая при разговоре. Поймав взгляд Блеза, из-под маски которого она каким-то лишь ей ведомым способом углядела осуждение, тут же пожала плечами: – Что? Просто вырвалось. Конечно, я не хочу, чтобы кто-нибудь из них умер!

Но как бы там ни было, увещевания Региса сработали, и Кьярин даже вызвался временами помогать ему нести вторую сумку. Врачеватель, конечно, от помощи отказался, но младший Рок обещал не ему, а Рафаилю, лично проверявшему всех собравшихся в поход.

Почти все члены их отряда – братья Рок, Регис, Сезар, мы с Люцием, Рафаиль Руньян, Айвен и Самаэль – и так находились в обители. Но были двое, кто подоспел к самому отбытию: Розали Ликорис и Дион Ракхам.

Розали появилась на рассвете – на вороном коне с угольными, сверкающими нетерпением глазами. Конь нервно переминался с ноги на ногу, словно рвался в галоп. Лишь грива выделялась на его тёмной шкуре – светло-шоколадная, будто опалённая солнцем.

В отличие от нашей первой после моего пробуждения встречи, я больше не чувствовала себя в стане врага.

— Так-так-так, – она усмехнулась, спешилась и направилась к нам с Люцием, но её слова были адресованы мне. – Рада, что твои мозги наконец-то вернулись на место, – вместо приветствия бросила дэва.

Богатая мантия, расшитая ликорисами, в которой я видела дэву после пробуждения, сменилась на практичную чёрную накидку без излишеств, с узкими рукавами. Подол едва доходил до колен – скорее халат, чем привычная для даэвов мантия. Единственным украшением в её облике остался меч с изящным ликорисом на эфесе да несколько алых бусин, вплетённых в маленькую тонкую косичку у лица – точь-в-точь как когда-то у её отца.

— Воспоминания вернулись. С головой у меня всегда всё было в порядке, – поправила я.

— Твоя правда, – согласилась она.

Дион Ракхам же ждал у самого выхода из обители, когда наш отряд двинулся в путь.

— Ты когда прибыл? – поинтересовался Люций.

— От силы полчаса назад, – признался скард. – Не люблю промедление. Напоил, накормил лошадь, да и ладно.

Мне Дион Ракхам кивнул с вежливой и приветливой улыбкой. Всё же мы с ним встречались всего дважды в прошлом. А теперь, спустя так много лет, даже прошлое знакомство могло бы и вовсе не иметь значения, если бы не несколько седых прядей в прямых чёрных волосах. Свидетельство того, как див с даром скарда чуть не погиб и как я его спасла. Даже поразительно осознавать, что для меня это было несложно и оставалось лишь непримечательным эпизодом в жизни, а для кого-то это стало новой точкой отсчёта.

Ранним утром морозный воздух обжигал лицо, а под копытами лошадей хрустел свежий снег, тонким слоем укрывший дорогу. Обитель осталась позади – мрачная, нависающая, поражающая красотой, с едва заметной рябью в воздухе, создаваемой древней магической защитой вокруг. Мы двигались на юг, растянувшись, пока позволяла ширина дороги, цепочкой по двое-трое даэвов.