Книга Соль и Грезы, страница 207 – Алекс Анжело

Мне захотелось опровергнуть слова Люция. Но я удержала себя. Моран и так прекрасно всё понимал. Иногда слова утешения вовсе не требовались, необходимо было лишь выслушать.

— Я соврал ему, сказав, что собираюсь забраться в спальни членов нашей глубокоуважаемой комиссии и устроить им сюрприз, – собравшись, твёрдым тоном поведал Люций. – И Коэн вызвался помочь. Его весьма воодушевила идея подшутить над наставниками.

Вот оно что… Теперь ухмылка Коэна, когда мы расходились, стала более понятна.

— Неплохо придумано, – заметила я, листая книги. Но в них не оказалось ничего примечательного. Неудивительно, что их бросили без внимания под кроватью. – Что же скажешь, когда никакого сюрприза не случится?

— Ну, во-первых, удивительно, что Сара Сорель хвалит меня за ложь. Во-вторых, наплету что-нибудь, – прищурившись, Люций вновь осматривался. – Всё же у тебя спрашивать Коэн не пойдёт.

— Это верно.

Даже если бы пошёл, вряд ли бы я ему что-нибудь сказала. Во мне больше не осталось понимания.

Следующие полчаса мы в полном молчании слаженно осматривали комнату. По мере того как шло время, наши надежды на то, что мы отыщем что-нибудь полезное, в отличие от всех тех, кто пытался до нас, казались слишком наивными, а мы сами – самонадеянными. Возможно, не стоило тратить время на обыск, а давно следовало заняться той статуей со знаком ордена Хранителей.

Параллельно я подсчитала, что мы могли использовать совместную печать при лучшем раскладе ещё максимум дважды. Немалую роль играло то, что после создания первой печати, благодаря которой мы проникли внутрь, прошло уже некоторое время и магическая сила успела немного восстановиться.

Ещё один знак точно уйдёт на то, чтобы покинуть спальню. Третий же, скорее всего, потратится на печать Ускользающего Взгляда, чтобы улизнуть с преподавательского этажа и из Академии Снов без лишних свидетелей.

К тому же, чем дольше мы копались в вещах, каждый раз с осторожностью возвращая всё на свои места, тем ближе становилась буря. Люций периодически оглядывался на окно.

— Ты как? – спросила я, вспомнив, как Моран не раз признавался, что нервничает при дожде.

— Пока нормально. Спа… – он резко замолчал. Светло-серые глаза слегка потемнели. – К нам кто-то идёт, – прошептал он тревожно.

Я никого не чувствовала. Моран вытащил из рукава печать.

В замке послышалось скрежетание ключа.

Всё произошло за долю секунды. Люций устремил ко мне руку с печатью, я потянулась навстречу, наши ладони соприкоснулись, сплелись, жар знака опалил – печать Ускользающего Взгляда активировалась, а дверь распахнулась.

Мы вжались в угол комнаты – Люций спиной к стене, а я, прижавшись к нему, положила голову на его плечо, стремясь стать как можно более незаметными. Печать воздействовала сразу на обоих, но лишь пока мы держались за руки.

Шаг. Звук соприкосновения обуви с поверхностью пола, тихое шуршание одежд. Непрошеный гость остановился, едва преодолев порог. Его косая тень рассекла прямоугольник слабого света, льющегося из коридора.

И никакого ощущения чужих эмоций. Я больше не пыталась отыскать хоть что-то, ведь стоило быть немного настырнее – и опытный эмпат Анхельм Ротхарт мог меня почувствовать. А я была абсолютно уверена, что это именно он. Открытая дверь пока нас скрывала. Печать Ускользающего Взгляда была точно лёгкая вуаль. Если мы каким-то образом оплошаем и привлечём внимание Анхельма, то магический знак нас уже не спасёт.