Книга Соль и Грезы, страница 154 – Алекс Анжело

Теневой Люций рассмеялся, видимо, посчитав свои слова удачной шуткой.

Враз прекратив смеяться, он задумчиво протянул с видом, будто сказанное для него самого оказалось удивительным:

— Но мне почему-то не хочется, чтобы ты меня слишком сильно ненавидела. Нелогичное желание. Может, это моя слабость? Хотя я презираю тех, кто ведётся на всю эту глупую сентиментальность. Так, может, мне презирать самого себя? – Он медленно, но как неотвратимая кара, направился к круговой лестнице, ведущей в главный зал, где проходило заседание совета. – Я сохраню твоему учителю жизнь. Но у меня будет ответное условие.

— Какое? – холодно отозвалась я.

Картинка перед глазами размывалась. Серость медленно, но верно уступала место реальности передо мной.

— Отвечай мне, – раздалось неожиданно. – Не молчи.

Я ожидала услышать любое трудновыполнимое условие. Требование прекратить попытки закрыть портал. Или явиться к нему немедленно. Но Теневой Люций не был обычным монстром и к тому же отличался немалым умом.

На пальце жгло теневое кольцо. Но условие оказалось обескураживающе простым. И в то же время искренним.

Тяжело выдохнув, я ответила:

— Хорошо.

— Пообещай, – выплюнул Тень с гортанным рыком.

— Обещаю, – мрачно прошептала я.

— Умница. – Похвала меня совсем не порадовала.

— Как насчёт остальных? Не все виновны.

— Ха… – выдал он вдруг, будто услышал что-то невероятно весёлое. – Я слышу это в твоём голосе. Есть кто-то ещё? Кто-то ещё, кто гораздо дороже остальных.

После этих слов я поняла, что совершила ошибку. Мне нельзя было позволять ему узнать. Теперь Теневой Люций будет с ещё большим остервенением искать их.

Оказавшись у зала совета, он на мгновение остановился и усмехнулся, прежде чем целеустремлённо направиться к дверям. Те оказались лишь прикрыты, но не заперты.

— Одна сделка на чужую жизнь совершена. Я подумаю, чего ещё хочу, – в голосе звучало неприкрытое предвкушение. – Ведь за остальных будет иная плата.

За мгновение до того, как двери открылись, меня грубо вытолкнули. Серость мгновенно растворилась. Мой хриплый, с упоением, вдох прокатился по столовой. Казалось, всё это время в лёгких не хватало воздуха.

Неосознанно я ещё крепче сжала чужую руку.

— Поистине чудовищная хрень, – вдруг процедил хмуро Регис. Мой стул был развёрнут от стола, а врачеватель нависал над моим запрокинутым лицом. – У тебя глаза заволокло чернотой. Белков даже не было видно.

Шумно дыша, я пыталась осознать, где нахожусь. Столовая. Совместный ужин. Огонь в камине. Моя рука, вцепившаяся в ладонь Люция так, что выступила кровь…

Стоп.

Я заворожённо уставилась на струйку яркой алой крови на ладони Морана и на то, как каплями, одна за другой, она равномерно срывалась и падала на пол.

— Я… я… не хотела. Извини, – прошептала я, смотря на Люция, стоящего рядом со мной на коленях. Полы его тёмной мантии разметались по полу, взгляд изучающе бродил по моему лицу.

Я разжала хватку, попыталась отдёрнуть руку, но Моран покачал головой, сжав её с малой силой в ответ.

— Сара, это такая мелочь… – прошептал он.

Смотря в его серые глаза, наполненные самой жизнью, я, помедлив, кивнула. И с некоторым запозданием произнесла:

— Да. Я в полном порядке.

Прикрыв глаза на мгновение, чтобы собраться с мыслями, я добавила: