Книга Соль и Грезы, страница 153 – Алекс Анжело

— Я слишком стар, чтобы бежать и бояться. Но достаточно стар, чтобы умереть на своей земле, а не в чужом доме, – шелестом листьев прозвучал голос Зенона. Наставник встал, опираясь обеими руками на трость.

Теневой Люций фыркнул. Ему было откровенно наплевать.

— Как пожелаешь, – низким тоном, с прорвавшимся тихим рыком бросил он, занося руку для нового удара веером.

— Подожди! – мой голос будто распорол пространство.

Рука с веером застыла в воздухе.

— О-о-о, – выдал он удивлённо. – Ты наконец-то разговариваешь со мной? А то я уже было подумал, ты воды в рот набрала.

Тень хрипло рассмеялся.

По коже пробежали мурашки, а в горле встал ком. Я облизала пересохшие губы. Был ли смысл просить? Но, несмотря на практически полное отсутствие надежды, я сказала:

— Оставь его. Не убивай.

— Он тебе дорог?

— Да.

Я изначально знала, что отвечать было ошибкой. Знала, что Теневой Люций не удержится от того, чтобы причинить мне боль. Тьма и привязанности боролись в нём на равных.

И в следующее мгновение, когда чёрный сгусток сорвался с веера, я уже готовилась к трагедии. Тьма молнией метнулась к Зенону, но пролетела мимо, чудом не задев плечо, и врезалась в иву. Ствол дерева потемнел – оно умирало прямо на глазах. Листья жухли и падали на землю. Их было так много, что они заслонили собой весь холл.

— Как красиво! Не находишь? – крутанувшись на пятке и расставив руки, спросил Теневой Люций.

Я тягостно молчала. Слова не шли. Мне и сказать было нечего. Порой любые высказывания оказываются лишними.

— Кстати, ты ведь их предупредила? Предупредила брата, несмотря на то, какой он ублюдок?! – Теневой Люций говорил громко, почти кричал. Так что его голос отскакивал от стен и поднимался до самого потолка.

Листья осели, усыпав пол ковром пепла.

Зенон взял свой меч. Он хотел напасть, пока Тень отвлёкся.

Но Теневой Люций всё видел. Резко оглянувшись, он с иронией произнёс:

— Лучше не делай глупостей. Второй раз, – Тень медленно покачал головой, – она тебя не спасёт.

— Кто? – слабо вымолвил Зенон, уже дрожа под давлением тьмы, которой оказалось слишком много в столь замкнутом пространстве.

Даэв рухнул, распростёршись на теперь уже грязном полу.

Теневой Люций приблизился, присел на корточки и с каким-то садистским удовольствием прошептал:

— Ваша Святая.

Зрачки Зенона на мгновение расширились, а потом он потерял сознание.

Теневой Люций цокнул, распрямляясь.

— Кто он? – вопрос уже был адресован мне.

— Мой учитель. Тренировал меня в детстве.

— Зенон?

— Откуда ты… – прошептала я, не успев выстроить логическую цепочку.

— Я помню, – сухо и с ожесточением сказал Тень. – Ты ведь сама рассказывала.

Я успела позабыть, что Тень помнил всё, что знал настоящий Люций во время падения в Раскол. Разум будто сознательно игнорировал этот факт, чтобы видеть в нём меньше черт, которые могли бы поставить его вровень со мной.

Тень взмахнул рукой, и некогда золотая люстра в виде ветви, висевшая прямо над ивой, рухнула на пол. Теневой Люций разрушал всё вокруг с таким ледяным спокойствием, будто не совершал ничего ужасного. Будто не рушил то, что создавалось веками. Прежде сверкавший великолепием зал заволокла пыль.

— Я сделаю тебе подарок, – вдруг произнёс он, улыбаясь, довольный идеей, которая пришла в его голову. – Этот старик останется жив. В конце концов, я ведь не совсем бессердечный… Хотя нет, я бессердечный.