Книга Вечные Пески. Том 6, страница 22 – Лео Сухов

Я развернулся и пошёл следом, на ходу обдумывая находку. Связан ли камешек с туманом? Или с теми, кто в тумане обитает? Может, они носят такие с собой? Может, это часть ритуала? Или всего лишь метка?

Вопросов снова было больше, чем ответов. Но теперь в кошеле лежала хоть какая-то зацепка. И я твёрдо собирался выяснить, куда именно она ведёт.

Мастерская, куда бойцы оттащили труп, располагалась в левом крыле. А именно, в самом дальнем его конце, где ещё не убрали следы прежней жизни. Когда-то здесь, судя по застарелым запахам дубильных растворов и масла, выделывали кожу или, может, чинили упряжь.

Нынче помещение пустовало: голые каменные стены, длинный верстак из потемневшего дерева. Кроме него, здесь имелась разве что пара колченогих табуретов, да жаровня в углу.

Труп положили на верстак, подстелив вниз ткань, на которой и принесли мертвеца. Подстилка уже пропиталась чёрной кровью, зато пол остался чистым. Я оглядел тело и поморщился. Вблизи оно выглядело ещё более чуждым.

Кожа показалась мне бледной и ночью. Однако сейчас, при свете дня, было видно, что она и вовсе какая-то полупрозрачная. Ничего конкретного под ней разглядеть, конечно, было нельзя. Однако имелось чёткое ощущение, что просвечивает она сильнее, чем человеческая. Будто за тонкой перегородкой угадывалось нечто тёмное и неподвижное.

— Принеси мне нож, — попросил я одного из бойцов. — Острый, с тонким лезвием. И чистую тряпку.

Пока он ходил, я повернулся ко второму:

— Раздевайте его, — отдал приказ.

— Зачем, воевода? — удивился тот, переводя настороженный взгляд с меня на труп и обратно.

— Просто стяните с него одежду! — повторил я тоном, не терпящим возражений. — Я дольше буду объяснять, чем вы делать.

Недоумённо переглянувшись, бойцы приступили к работе. Одежда хоть и подсохла, но стягивать её с трупа было тяжело. Собственно, ничего удивительного. Вся кожа ночного гостя оказалась покрыта какой-то слизью. Она тоже успела высохнуть, местами при этом слипшись с тканью.

Одежду скинули в глиняный горшок, за которым сбегал один из моих помощников. Вместе с ним пришёл Ситранис, но спрашивать ничего не стал, просто остался смотреть.

Тело у ночного гостя было человеческим. Две руки, две ноги, туловище, отрубленная голова. И даже половые органы имелись. Но всё равно что-то смущало в фигуре. Пропорции были не те, к которым я привык. Плечи более покатые, чем у обычного человека. Грудная клетка — шире, а талия — более узкая.

Мышцы были развиты неравномерно: где-то сильнее, где-то слабее. Под кожей, в районе предплечий и щиколоток, просвечивали мелкие чешуйки. Шея, там, где я отсёк голову, зияла тёмным провалом, откуда до сих пор сочилась чёрная маслянистая кровь. Я потребовал, чтобы принесли воды, омыл обрубок шеи — и сразу обнаружил странности.

Вернулся боец с ножом. Я взял его, проверил остроту на собственном пальце и, глубоко вздохнув, приступил к вскрытию. Лезвие легко вошло в плоть. Я сделал длинный разрез от ключиц до паха, стараясь не повредить внутренние органы. Отложил нож и начал разводить края раны, пристально вглядываясь внутрь.

Я не лекарь. И не был врачом в прошлой жизни. Даже охотником не был. Но справедливо подозревал, что о строении человеческого тела знаю больше, чем многие из местных.